От удара слетел котелок. На пол упала маска.
– Простите, сэр, но я предупреждал. Вы сами напро…
Фредди замолчал, а Томас вскрикнул от неожиданности.
Лицо мистера Хоу оказалось поразительно отталкивающим: плоское и сморщенное, его обрамляли густые рыжие бакенбарды, переходящие в лохматую гриву, широкий приплюснутый нос практически отсутствовал, и на его месте были две большие ноздри, мелкие близко стоящие глаза чернели, массивная челюсть ходила ходуном.
Мистер Хоу был обезьяной!
Томас опустил взгляд – на ногах этого существа обувь отсутствовала, и они походили на покрытые рыжей шерстью руки…
Мистер Хоу разъяренно зарычал, обнажив здоровенные клыки, и бросился на Фредди. Тот успел вильнуть в сторону, и обезьяна врезалась в стену.
Передернулась, повернулась, и… подушка снова влетела ей в голову.
– Сэр, ведите себя прилично, или мы будем вынуждены сдать вас в городской зоосад, – важно проговорил Фредди.
Но приличия обезьяне явно были неведомы. Правда, выводы она, или правильнее будет сказать «он», все же сделал – получить подушкой мистеру Хоу больше не хотелось.
Взвыв, он ринулся на Фредди, отшатнулся в сторону и, когда подушка пронеслась мимо, перехватил и вырвал ее. Бросив подушку на пол, обезьян прыгнул и вцепился во Фредди всеми четырьмя конечностями. Вместе они рухнули на пол и покатились по ковру. Рычание смешалось с криками Фредди, тумаки перемежались пинками. Полетели клочья вырванной рыжей шерсти и медные пуговицы с мундирчика. Нельзя сказать, что Фредди сражался как лев, потому что он сражался как… обезьян.
Томас попытался помочь брату. Поставив чемодан, он схватил обезьяна за шиворот, но получил удар наотмашь.
Когти задели его лишь краешком, оставив на мундире четыре длинные прорехи. Схватившись за грудь, Томас с удивлением понял, что не ранен.
Но на этом удача от него отвернулась. Со стороны лестницы появился еще один мистер Хоу в котелке и фарфоровой маске. Увидев чемодан, он заголосил что-то на обезьяньем и ринулся к Томасу.
«Нет! Вы его не получите!»
Схватив чемодан, Томас распахнул ближайшую дверь и влетел в ванную № 2. Спрятавшись за дверью, он вытащил из кармана «ключ портье».
Обезьян ворвался в комнату спустя едва ли мгновение. Тяжело дыша, осмотрелся, заглянул в ванну, сунул морду к котлу, подошел, царапая когтями кафель, к шкафчику с полотенцами и распахнул створки. Вся его неказистая фигура выражала недоумение: куда это подевался очкастый коридорный?
Покинув укрытие, Томас выскочил в коридор, захлопнул дверь и запер ее на ключ.
Из ванной № 2 донесся рев, дверь затряслась, но выдержала.
И тут на этаже появился третий мистер Хоу.
«Да сколько же вас здесь?!» – в отчаянии подумал Томас. Провернуть трюк с тем, чтобы запереть очередного обезьяна, он не успел.
Мистер Хоу был уже рядом. Томас пнул его по ноге. Обезьян взвыл.
– Простите, простите, простите!
Прижимая к груди чемодан, Томас попятился. Мистер Хоу быстро пришел в себя и прыгнул. Томас, сделав еще шаг назад, оступился на вздыбившемся горбе ковра и упал. Очки слетели, все кругом стало мутным – коридор расплылся.
Томас видел лишь пятна, клубы света на месте газовых ламп, красный ковер, темные прямоугольники дверей с нечитаемыми бронзовыми табличками. Над головой появилось белое гладкое лицо. В чемодан вцепились. Томас пытался отбиваться ногами, пытался помешать мистеру Хоу завладеть чемоданом.
Обезьян был сильным, он будто не замечал пинков, и ему почти удалось отобрать чемодан.
Томас вопил, пальцы разжимались… И тут внезапно хватка обезьяна ослабла.
Что произошло?
Томас поднял голову и увидел, что обезьян ползет по полу, цепляясь за ковер руками. Бордовое пятно, похожее на Фредди, тянуло мистера Хоу назад.
– Скорее! – крикнул брат. – Беги!