У меня на руках оказалась стопка стодолларовых купюр. На первое время хватит.
Следующим шагом было жилье. Я снял крошечную, обшарпанную комнату на окраине Квинса у угрюмого поляка, которому было плевать на мое прошлое, настоящее и будущее, лишь бы я платил наличными вперед. Комната была спартанской, скрипучая кровать, расшатанный стул и шкаф с покосившейся дверцей. Но для меня она стала настоящим дворцом.
Я аккуратно вскрыл половицы под кроватью и устроил там "надежный тайник". Туда отправились штурмовая винтовка, пистолеты, запасные магазины, планшет с видео Штрукера и самое ценное — флешка с базами данных гидры. Теперь я был просто обычным парнем с улицы.
Началась моя новая, тихая жизнь. Я решил дать себе передышку. Мое тело было несокрушимым, но психике, перегруженной убийствами, пытками и постоянным ожиданием удара в спину, требовался моральный отдых. Мне нужно было снова почувствовать себя человеком.
Я нашел работу для нелегалов. Каждое утро я приходил на точку сбора возле строительного магазина, где подрядчики набирали крепких парней для черной работы. Меня взяли в бригаду по демонтажу старых зданий.
Платили наличными в конце смены, работа была тяжелой, грязной и изматывающей. Для обычных людей. Для меня же махать десятикилограммовой кувалдой и таскать мешки со строительным мусором было легче, чем зубочистку поднять. Но я старательно имитировал усталость: тяжело дышал, стирал несуществующий пот со лба и иногда делал вид, что мне тяжело поднять очередную бетонную балку. Я не выделялся. Я был просто Джоном — молчаливым работягой из Восточной Европы, который приехал на заработки.
Рутина затягивала и успокаивала.
Мой день начинался в шесть утра. Я выходил на прохладную улицу, покупал в латиноамериканском вагончике обжигающий, крепкий кофе и пару сэндвичей с яйцом и беконом. Еда здесь была другой, но после армейских пайков и сушеного мяса обычный фастфуд казался пищей богов.
Потом была работа. Грохот кувалды, пыль, летящая во все стороны, матерная ругань прораба. В этом было что-то терапевтическое. Разрушая кирпичные стены старых фабрик, я словно по кирпичику разбирал тот ад, который пережил в лабораториях Соковии. Я просто работал, ни о чем не думая.
Вечерами, получив свои доллары, я заходил в местный супермаркет, покупал нормальную еду — огромные стейки, овощи, свежий хлеб. Приходил в свою каморку, готовил на старой электроплитке ужин, принимал горячий душ, смывая с себя строительную пыль, и заваливался на кровать.
По выходным я просто гулял по Нью-Йорку. Бродил по Манхэттену, смотрел на огромные рекламные щиты на Таймс-Сквер, сидел в Центральном парке с хот-догом и наблюдал за людьми. Я впитывал этот мир. Мир, который пока еще не знал ни о вторжениях пришельцев, ни о сумасшедших богах, ни о щелчке Таноса. 2008 год. Золотое время затишья перед бурей.
Прошел месяц этой мирной жизни. Я физически и морально обновился. Кошмары с баками жидкости и криками Нады перестали меня преследовать. Мой разум очистился и стал холодным, как клинок.
Каждый вечер перед сном я вызывал системный интерфейс.
[Доступ к следующему призыву заблокирован на: 6 месяцев и 11 дней]
Таймер неумолимо тикал. Но я больше не чувствовал себя уязвимым. Я залечивал раны, копил деньги, изучал местность и незаметно собирал информацию. Из газет и новостных сводок я узнал, что Тони Старк всё еще числится пропавшим без вести где-то в песках Афганистана. Значит, у меня еще есть немного времени.
Но я знал, что вечно прятаться на стройке не выйдет. Флешка под половицами ждала своего часа, а Ник Фьюри всё так же руководил Щ.И.Т. ом, не подозревая, что его организация гниет изнутри.
Пора было начинать партию, в которой ставкой будет моя жизнь и безопасность всего этого мира.
Моя тихая, размеренная жизнь рабочего-иммигранта закончилась в обычный вторник, за тарелкой яичницы в дешевой бруклинской закусочной.
Я пил дрянной кофе, лениво листая местную газету, когда по висевшему над барной стойкой телевизору прервали утреннее шоу. Экстренный выпуск новостей. На экране появился военный аэродром, суета, люди в форме, и, наконец, по трапу транспортного самолета спустился он.
Изможденный, заросший, с перевязанной рукой, но живой. Тони Старк вернулся из афганского плена.
Я замер, так и не донеся кружку до рта. Внутри словно щелкнул невидимый тумблер. Шестеренки этого мира с грохотом пришли в движение. Железный Человек скоро заявит о себе, а значит, у меня осталось совсем мало времени до того, как правила игры изменятся навсегда.
Первым моим порывом было отправиться на пресс-конференцию, которую Старк созвал сразу по прибытии. Я хотел увидеть всё своими глазами, возможно, найти лазейку и подобраться к нему поближе. Но реальность быстро остудила мой пыл. Кордон охраны вокруг здания Старк Индастриз был таким плотным, что без бейджа прессы или пропуска высшего уровня туда было не просочиться.
Я стоял в толпе зевак за оцеплением и смотрел трансляцию на огромном уличном экране. Старк жевал чизбургер, сидя на полу перед трибуной, и произносил ту самую историческую речь о закрытии оружейного подразделения.
Я развернулся и ушел. Лезть напролом сейчас не имело смысла. Старк был окружен репортерами, телохранителями и правительственными агентами. Мне нужен был другой подход. И я знал, какой именно. Обадайя Стейн. Железный Торговец.
Тот самый бой, в котором Тони едва не погибнет из-за того, что Стейн вырвет его старый дуговой реактор. Если я вмешаюсь в этот момент и помогу Старку, я не просто спасу ему жизнь — я окажусь в самом эпицентре внимания тех людей, которые будут разгребать последствия этой драки. Людей Ника Фьюри.
Следующие несколько недель я потратил на подготовку. Я уволился со стройки, купил подержанный неприметный седан и перебрался в Лос-Анджелес, поближе к главному комплексу Старк Индастриз. Дни напролет я изучал планы эвакуации здания, схемы вентиляции и графики патрулей охраны. Я выжидал.
И этот день настал.
Ночь разорвал грохот взрывов и скрежет металла. Я уже был на позиции, на крыше соседнего со Старк Индастриз ангара, одетый в простую черную тактическую одежду и маску, скрывающую нижнюю половину лица. В руках — трофейная штурмовая винтовка гидры, заряженная бронебойными патронами.
На улице внизу разворачивалась битва титанов. Огромный, громоздкий костюм Железного Торговца вминал в асфальт красно-золотую броню Старка. Тони явно проигрывал. Его костюм работал на старом реакторе, энергия таяла на глазах.
Стейн поднял Тони за горло, готовясь нанести фатальный удар массивным гидравлическим кулаком.