– Вы лишились дара речи, мессер? – она настойчиво потребовала ответа.
– Н-нет, что вы, – в замешательстве произнес он.
Однако в действительности то, что Лоренцо испытывал, не имело ничего общего со словами, которые он произносил. Потому как, хотя младший Медичи и старался выглядеть уверенным, его не покидало ощущение, что он угодил в ловко расставленную ловушку: винные пары улетучились, и он, сам не понимая, как так получилось, обнаружил себя в этой комнате наедине с незнакомкой. Внезапно Лоренцо осознал, что ввязался в игру, рискующую зайти слишком далеко.
К тому же прекрасная дама явно не желала отступать.
– Могу я попросить вас об одолжении?
– Разумеется.
– Вам не составит труда подойти поближе? Или вы боитесь меня?
Лоренцо, молча и почти не отдавая себе в том отчета, приблизился к даме с рыжими волосами: от нее исходила такая непреклонная властность, что ей невозможно было противиться.
– Ой… – вскрикнула она, увидев, как золотой браслет, мгновение назад украшавший ее запястье, соскользнул на пол.
Лоренцо наклонился, чтобы поднять упавшее на шелковистый восточный ковер украшение.
Прекрасная незнакомка сняла маску. Достала спрятанный в корсете кинжал. Воспользовавшись тем, что Лоренцо не мог ее видеть и уж точно не ожидал подобного поворота, замахнулась, готовясь вонзить его в спину младшему Медичи. Однако в то мгновение, когда она собралась нанести смертельный удар, дверь библиотеки открылась.
Козимо наконец появился на празднике. Сухо поприветствовал друзей и представителей местной власти: нельзя было терять времени. Следовало срочно найти брата. Кавалер Гримани не имел представления, где тот находится. Не знал этого и Якопо Трон, авогадор[49], который тоже присутствовал на празднике. Расспросы увенчались успехом, лишь когда старший Медичи встретил Людовико Мочениго: тот смог указать, куда направился Лоренцо, и вызвался даже проводить. Мочениго сказал, что видел, как Лоренцо последовал за необычайно привлекательной незнакомкой с копной волос цвета красного дерева на второй этаж.
– О да, если бы вы соблаговолили сопроводить меня, я был бы чрезвычайно признателен, – ответил на его предложение Козимо. – Боюсь, его жизни угрожает опасность.
Людовико кивнул. Подозвал пару переодетых блюстителей порядка, которые, смешавшись с гостями, следили за безопасностью, – и все вместе, не теряя времени, они проследовали к ведущей на второй этаж лестнице. Спешно поднялись по ступеням. После того, что случилось с Ребеккой, Козимо не поставил бы даже дырявого флорина на то, что найдет брата живым. Эта мысль терзала его с той самой минуты, когда на его руках умерла в страшных муках служанка.
Поднявшись на второй этаж, они очутились в большом пустом салоне, от которого расходились два коридора. Мужчины разделились. Два стражника отправились по тому, что уходил налево. Козимо и Людовико пошли направо и вскоре очутились перед дверью библиотеки.
Возле нее, охраняя вход, стоял человек. Козимо сразу узнал его: это был тот проклятый швейцарский наемник! Тот, которого он видел раньше в церкви Санта-Лючия деи Маньоли на похоронах Никколо да Уццано!
– Эй вы, – вскричал он, – где мой брат?
Вместо ответа Райнхардт Шварц выхватил шпагу и кинжал и приготовился к защите.
– С ним разберусь я, – обратился к нему Людовико Мочениго, – а вы постарайтесь войти и помочь вашему брату.
С этими словами лейтенант достал из ножен шпагу и кинжал и крикнул швейцарцу:
– Защищайтесь, мессер!
Потом, повернувшись в направлении коридора, откуда возвращались два блюстителя порядка, позвал:
– Стража, ко мне!
И в то время, пока Мочениго и Шварц обменивались первыми ударами, а их скрестившиеся клинки издавали зловещий скрежет, Козимо крутил ручку, пытаясь открыть дверь в библиотеку, однако та не поддавалась.
Тогда, навалившись всем телом, старший Медичи выдавил ее плечом и влетел в помещение. Картина, открывшаяся его взгляду, навсегда отпечаталась в его памяти.
Он увидел, как брат, нагнувшись, подбирает что-то с пола. А над ним с кинжалом в руке нависла невероятной красоты женщина: она замахнулась и вот-вот поразит ничего не подозревающего Лоренцо,
Времени на раздумья у Козимо не оставалось.
Он закричал что было сил и, выхватив из ножен кинжал, который с некоторых пор носил с собой, бросился к брату:
– Лоренцо! Лоренцо!!!
Этот крик, должно быть, возымел какое-то действие, потому как женщина, растерявшись, перевела взгляд на него. На долю секунды замерла в нерешительности, однако этого хватило, чтобы, когда она нанесла удар, Лоренцо, следуя инстинкту, успел – пусть и неуклюже – откатиться в сторону. Ранения избежать не удалось, однако из-за замешательства дамы с волосами цвета красного дерева лезвие стилета лишь слегка задело его.
[49] Авогадоры, государственные адвокаты – члены особой высшей судебно-административной коллегии, имевшей важное влияние на ход общественных дел и наблюдавшей за исполнением законов в Венецианской республике.