Злоба вырвалась из него настоящим звериным рыком.
— Ты даже не представляешь, как мне надоело выслушивать слова восхищения о твоей колдовской силе и снисходительные улыбочки по поводу моих способностей.
— Так с чего ты взял, что сможешь присвоить себе мой дар?
— Я нашел копию старого манускрипта среди твоих книг по магии и колдовству. Там было все подробно расписано. И я понял, что это отличный шанс для меня. И, знаешь, я планировал потом передать удвоенную магическую силу своему ребенку, естественно, после того, как отберу дар у тебя и, само собой, заведу новую семью. Я захватил брошь с собой. Сейчас ты перестанешь сопротивляться, потому что устала, и я проведу этот старинный ритуал. А потом я представлю эту уже бесполезную брошь в Трибунале и скажу, что выкупил ее у того, кому ты продала ее.
— У тебя уже не получилось сделать это.
— Теперь получится. Тогда я не придал значения тому, что в инквизиции сделают магическую экспертизу и определят подделку. Но теперь-то они увидят подлинник!
Я отрицательно покачала головой. Столько стараний с его стороны, и все напрасно.
Я видела перед собой Клочкова, совершенно сбитого с толку и, кажется, совсем не понимающего, что происходит. Его рубашка была порвана, а лицо покрывали царапины — следы моей отчаянной борьбы. Как мы вообще оказались в такой ситуации? Боже, как мы могли допустить это? Он, охваченный ненавистью, а я — одержимая жаждой мести.
Взгляд Клочкова остановился на мне, и я почувствовала, как нарастает напряжение. Вот-вот он сорвется. Почему я не предупредила Никиту или Агату, что сегодня у меня встреча с бывшим? Никита бы точно не допустил, чтобы я поехала со Славиком.
Пора оказать сопротивление по-настоящему. Довольно. Клочков примерил на себя роль триумфатора и хватит. Я подняла ладони вверх и прошептала:
— Заходило солнце за горизонт,
Уносило солнце с собой ненависть да злость,
Полыхала злоба надо мной пожаром,
Исчезала вместе с днем, убегало огненным шаром.
Ничего не ожидавший от меня Клочков вдруг затрясся как лист на ветру.
На его глазах я применяла колдовство. Мои ладони легко зачерпывали воздух и брали энергию. Мы оба видели искры в воздухе и ощущали магию.
— Ах, обмануть меня нетрудно… — процитировала я «наше все».
Я совершенно не ожидала увидеть, как в гараж вошли двое мужчин в форменной одежде. Инквизиторы. Неважно, как они сюда попали, главное — я больше не оставалась один на один с чокнутым бывшим мужем. Они подошли к нему и объявили о его задержании. Сквозь волнение я услышала — покушение на незаконное лишение или присвоение магической силы.
Клочкова удерживали два инквизитора, он вырывался, рычал на них и отплевывался прямо на пол.
— Твоя сила при тебе? Ты что, вытащила ее из броши? Ты перепрятала дар в другой предмет? Я прав?
Я отрицательно покачала головой. А потом я расстегнула, куртку, достала из внутреннего кармана полотняный мешочек и достала свой дар — мой драгоценный дар, сохраненный поколениями ведьм и колдунов.
— Ты украл копию, Слава. Я подсунула тебе под нос фальшивку. А потом ты сделал подделку с нее.
Он захохотал. Он смеялся и смеялся, словно потерял рассудок.
— Ты ведь тоже не был настоящим. Со мной ты был просто копией.
Смех Клочкова оборвался.
— Значит, ты все слышала. И разыграла спектакль, где я был главным героем, главным дураком. — Будь ты проклята, — выдохнул Славик.
— Ты мог стать отцом, Слава, — тихо произнесла я, потому что помнила ту горечь разочарования.
Он пожал плечами равнодушно. Именно это я и не простила бывшему мужу.
Да, я спланировала все, за исключением того, что на одну ночь попала в камеру инквизиции и вот этой выходки в гараже. Наша финальная точка виделась немного иначе. Но это всего лишь непредвиденные издержки.
Хотите знать, как я дошла до жизни такой? Ну, тогда нужно вернуться к событиям февраля, а я устала. Завтра, все — завтра. А сейчас — спать. Я просто хочу спать.