К заветной цели: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И снова голова склонилась над бумагой, и снова карандаш выводит силуэты, контуры, схемы, то чуть намечая их, то жирно выводя, то опять перечеркивая. А решения все нет и нет. «Что я могу? Инженеры, ученые не придумали; а я… С такой грамотой… Но кто виноват? Никто. Просто — не до учебы было. Жил в бараке, рыл котлованы, возводил стены, а потом — монтаж блюминга. Помогал специалистам, старался. Денно и нощно там. Пустили эту махину, осваивали. И снова старался. Дня не хватало — вечера прихватывал. Да еще общественные дела».

Вспоминалось и радостное, и грустное. Однажды они, молодые парни, долго боролись в котловане с водой. Здорово шла! И все же победили — подоспевшая машина помогла. Она погнала воду с такой силой, что и песок, и галька летели.

«Летели, летели!» — Алексей Павлович вдруг оживился, его будто встряхнуло. Воспоминание натолкнуло на новую мысль. «Вода, вода! Сила струи. А что, если?..» — И он схватил новый лист бумаги. «Если сделать желоб? Вот сюда, так, потом сюда… Но где взять воду?»

Утром по-молодому вбежал в цех и высказал свою мысль: пусть вода уносит из-под рольгангов окалину! Нет, он точно еще не представляет, как все это будет происходить, не может подробно объяснить, но принцип… Некоторые слесари, да и командиры производства, выслушав его, отмахивались. Стальная окалина — не березовая стружка. Выдумал тоже!

Он заколебался. «В самом деле! Может быть, я в азарте зафантазировался?» И опять пошел к рольгангу, заглядывал под него, прикидывал, значителен ли уклон. И убеждался — можно сделать, получится! Воды нет? А если под крышу поставить бак?

Прошло много трудных дней и ночей. Предложение рационализатора постепенно вызрело. Под рольгангом, по всей длине канавы — металлический желоб. К нему подведена труба. Под крышей — бак. Накопилась в нем вода, создался напор, хлестнула струя, смыла, унесла всю окалину в отстойник, и снова накапливается вода, и снова хлещет струя…

Установили нового «уборщика» на стане «500» — дело пошло, люди обрадовались. Потом осуществили это новшество на станах «300-1», «300-2», смонтировали такую установку на стане «450». Теперь-то все убедились — решение верное. Мучительные раздумья, поиски рационализатора окупились сторицей. Производство сделало еще один шаг вперед, покончено с тяжелым физическим трудом — вода заменила человека.

Это — одно из крупных предложений Алексея Косовца. Одно, но далеко не единственное. Ведь изменение способа изготовления граблей — новшество тоже немаловажное. В цехе так и говорят: грабли Косовца…

Да, в этом цехе есть грабли. Трехзубые. Каждый зуб весит 80 килограммов. И не прямые они, а изогнутые, в виде огромной буквы П, положенной горизонтально. Крепятся они к мостовому крану. Лежит, скажем, пачка квадратных стальных заготовок, крановщик поддевает металл граблями и — понес.

Раньше эти зубья кузнецы делали из стальных болванок. Это — громоздко, тяжело, трудно. За смену кузнец успевал сделать один зуб. Но главная беда в том, что они часто ломались, разгибались. Из-за них было немало простоев, крановщиков частенько критиковали за то, что они не берегут зубья.

Однажды Алексей Павлович отправился в кузнечный цех, посмотрел, как изготовляют зубья, и подумал: «Обязательно ли надо ковать? Сколько тратится человеческих сил! А металл, гляди, как пережигают, он же слабеет. Дорого и плохо, не по-хозяйски. А что, если делать совсем по-иному?»

Новая искра запала в душу рационализатора. Он вернулся в свой цех и стал искать новый метод изготовления граблей. Шли дни, а он все думал, искал: как делать, из какого металла?

Как-то осматривая различные профили металла, он подумал, что все эти «квадраты» не годятся, из них легкого и прочного зуба не сделаешь, вот если бы на ребро!.. Алексей Павлович не раз видел, как строители прикрепляли к стойке доску на ребро и она выдерживала огромную нагрузку. Его как бы осенило: «На ребро! Найти плоскую штуку и — на ребро!»

Закончив смену, Косовец отправился в листопрокатный цех, на толстолистовой стан. Обшарил все углы, и среди забракованного металла нашел нужную полосу. Понравилась. Зашел к знакомому мастеру, расспросил, что это за сталь, какова ее структура, прочность, гибкость… Мастер рассказал. И жизненный опыт, изобретательский талант, которым щедро наградила Косовца природа, подсказали: годится, бери!

Назавтра Алексей Павлович по 80-килограммовой букве «П» сделал шаблон в натуральную величину, а по этому шаблону из стальной полосы вырезал автогеном новые зубья.

Все это он делал на свой страх и риск, не докладывая начальству.

Смонтировали новые зубья, зацепили многотонную пачку металла, зубья начали разгибаться. У Алексея Павловича дрогнуло сердце. «Конец, все пропало!» Дал сигнал, крановщик приспустил груз, положил на пол и… зубья снова выпрямились. Сердце заколотилось от радости. Выпрямились! Выстояли! Они как бы спружинили. Значит, их нельзя чрезмерно перегружать, но ими можно смело грузить. А потом ведь можно же эту «букву» вырезать пошире, и тогда прочность ее возрастет. Но именно эта технология изготовления зубьев — простая, легкая, всем доступная, — нужна производству.

Он с радостью принялся за дело. Постепенно переоборудовал все грабли. Но начальству ничего не говорил.

Краны стали работать без перебоев. Прекратились простои оборудования, возросла производительность, исчезли акты о поломках. Если раньше кузнец за смену отковывал один зуб, то теперь один автогенщик может изготовлять по 12—15! Да их и требуется теперь мало: они стоят не днями, а месяцами.

— Теперь меняем их не по излому, а по износу, — говорит рационализатор.

Если вы придете в обжимной цех Магнитогорского комбината и спросите об Алексее Павловиче, то вас обязательно пригласят в цеховой БРИЗ и покажут плакат, на котором красиво выведено: «Лучший рационализатор комбината А. П. Косовец», а ниже — его фотография. В цехе вы увидите, как вода уносит окалину, как ловко и надежно грабли Косовца подхватывают металл. У рольганга вам расскажут, что ролики этого огромного транспортера раньше часто ломались под тяжестью раскаленных заготовок. Косовец предложил охлаждать их водой, и теперь они куда лучше служат прокатчикам; затем поведают о том, как просто и здорово Косовец реконструировал посадочные столы; тут же объяснят, что раньше смазка в подшипниках рольганга выгорала через полтора-два часа, а при новой системе охлаждения, созданной умом и руками Алексея Павловича, держится по 8—12 часов. А слесари адъюстажа будут говорить, как они в недавнем прошлом перетаскивали тяжелые детали и как все тот же Косовец придумал маленький кран. Он уже сделан, бегает по рельсам, таскает детали, и слесари не нарадуются нововведению.

Вы долго еще будете ходить, слушать объяснения и восхищаться сметкой, умом, упорством рационализатора-самородка. Но всего вам не покажут: не смогут. Ведь в какой уголок этого огромного здания ни заглянешь, всюду есть что-то доброе, новое, более совершенное, предложенное, сделанное неутомимым новатором.

Уже более 150 его рационализаторских предложений внедрено в производство. Недавно Алексей Павлович принес в цеховой БРИЗ сверток:

— Вот, новую мыслишку изложил, посмотрите.

Руководитель бюро по рационализации и изобретательству Ю. И. Бережной с интересом развернул бумаги, прочитал: «Механическая уборка окалины из-под посадочных столов» (это, разумеется, не обычные столы, а своеобразные погрузочные эстакады). Автор дал описание своего новшества, приложил эскизы.

Предложение принято. Скоро эскизы будут направлены в проектный отдел, а потом — в производство.

Убедившись, что последнему предложению дан ход, Алексей Павлович задумался над новым… Он, кажется, готов все перекроить. В этом, между прочим, есть свой резон. Ведь цех построен в 1933 году. В его оборудовании кое-что устарело, а кое-что вообще несовершенно. Надо обновлять, улучшать. Коммунист Косовец это хорошо понимает. И он, как истинный творец, полон замыслов. Пожалуй, самое драгоценнее качество в этом человеке — то, что он не только сам занимается рационализацией, но и втягивает в это дело других. Вот его короткий рассказ:

— В моей бригаде пятнадцать рабочих. Все до единого рационализаторы. Это не сразу далось. Вначале многие отмахивались — не хотели думать, не верили, что будет толк. Теперь этого нет. Слесарь Александр Пономарев изменил, например, конструкцию крепления граблей. Подсказывал ему, помог оформить предложение. Одобрили, внедрили. Это подбодрило парня. Гляжу — премию получил. Подходит ко мне и говорит: «Вот это ваша половина». Я на него: «Ты что!..»

Или — Одинцов Василий. Раньше, бывало, только и слышишь от него: какой я вам рационализатор! Потом помаленьку вовлекли. Теперь по его предложению все бракованные валы перетачивают на другие детали. Значит, каждый отработанный вал уже не металлолом, а заготовка. Вот как! Тоже получил премию.

Народ хороший у нас, — улыбаясь, заканчивает Алексей Павлович, — дружный, творческий. Каждый что-нибудь да придумывает. В этом, понятно, не только моя заслуга, не подумайте. У нас теперь в цехе дела хорошо пошли. Партбюро заботится о рационализации, организует это дело. Руководители цеха тоже поддерживают нас. В БРИЗЕ работает комсомолец Юрий Бережной, парень заботливый. Это много значит. В общем — все условия есть, только думай, изобретай.