Владетель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А теперь покашляй, — велел Решников.

Степан кашлянул и застонал — боль в боку стала острее.

— Симптом Щёткина-Блюмберга положительный, — пробормотал доктор, почти не обращаясь к нам. — При отрывистом надавливании и резком прекращении боль усиливается. Это говорит о перитоните.

— Вот так сразу? — удивился я.

— Сразу, — кивнул Решников. — Но у нас есть ещё несколько тестов. В старых книгах описывают.

Он попросил Михаила принести длинную линейку и велел Степану лечь на спицу, выпрямив ноги. Потом измерил расстояние от пупка до обеих передних костей таза.

— Правая сторона больше. На сантиметр. Это ещё один признак.

Доктор попросил Степана приподнять правую ногу, согнутую в колене, и надавил на внутреннюю сторону бедра, пытаясь согнуть его в тазобедренном суставе. Степан заорал — боль была невыносимой.

— Плохи дела, — пробормотал Михаил, смотря через плечо Решникова.

— Воспалительный процесс захватывает подвздошную мышцу, — кивнул доктор. — Зачит, аппендицит уже гнойный, запущенный.

Он велел Степану повернуться на левый бок и вытянул правую ногу назад — раздался новый крик.

— Боль усиливается от натяжения брыжейки. Всё, — Решников выпрямился, стягивая халат. — Сомнений нет. Острый гнойный аппендицит. Нужна операция. Срочно.

— Здесь? — спросил я. — Сейчас?

— Здесь и сейчас. Другого выхода нет. Если не прооперируем — через день-два начнётся прободение, потом перитонит, потом… — он не договорил, но все поняли.

Я посмотрел на Степана. Он лежал, закрыв глаза, тяжело дыша. Потом открыл их и сказал тихо, очень тихо:

— Режьте, барин. Всё одно помирать. А так… может, и выживу.

— Ты не помрёшь, — ответил я. — Для этого больницу эту строил, чтобы лечить.

— Заодно и испробуем новую больничку нашу!

— Чего раньше не жаловался? — строго произнес Решников. — когда боли только начались?

— А чего жаловаться? Привычные. Болит в животе — отвар елочный али дубовый.

— Отвар! — фыркнул доктор. — Вот тебе и отвар. Ладно.

Он кивнул Михаилу.

— Помочь сможешь?

— Смогу.

— Тогда кипяти инструменты. Вон там кастрюля, на другой полочке инструменты. Да, все их и кипяти. Александр Андреевич, — он повернулся ко мне, — нужен спирт, карболка, чистые простыни. И помощники — два человека, чтобы Степана держали. Он будет бредить от боли, опия я дал, но это не наркоз.

— Сделаем, — сказал я и вышел отдавать распоряжения.

Солнце уже садилось за сопки, когда мы начали готовиться к операции. Форт замер в напряжении. Мужики, узнав, что будут резать Степана, крестились и шептались. Ли Вэй прислал двух своих самых спокойных людей — держать пациента.

Решников мыл руки. Щёткой, с карболкой, снова и снова, до красноты.

— Всё, — сказал он, пристально осматривая. — Пора. Александр Андреевич, вы…

— Я снаружи подожду, — сказал я. — Все равно от меня никакой пользы. Если вы не против?