— Это, к вашему сведению, Курашкин Алексей. Царствие ему небесное... А во сколько это было?
— Я могу точно сказать. Как раз шла вторая серия фильма «Крестоносцы», и я даже на нее успела.
— Теперь я вас к нашим криминалистам провожу. Там обрисуете ребят подробнее.
Уже вечером среди выцветших листков на шелушащемся краской стенде «Их разыскивает милиция» забелел прямоугольник с ориентировкой на трех подростков в возрасте четырнадцати — пятнадцати лет.
— Шимон! А ту ли драку видели Криницкая с подругой? — подплыл к следователю Пепси-Кола.
— А что? — вырвалось у Куцова. — Сам их ко мне приволок и теперь несешь тут...
— Да вот шеф попросил уточнить...
— А ему-то какое до всего этого дело? Что, своих проблем мало...
— Не знаю, не знаю, ментовская душа — потемки...
— Раз шеф, сам подполковник хочет, проверим показания теток на месте.
«Уазик» с малиновой надписью «Милиция» на боковых дверках, окутавшись дымом, отчалил от крыльца райотдела и затарахтел по шоссе, обгоняемый носастыми «аудюхами», крутолобыми джипами, задастыми автобусами. Когда на обгон зажужжал «Запорожец», сидевший на соседнем с водителем сиденье Шурупов не выдержал:
— Что, совсем охренел?
— Сколько вас набилось, — недовольно процедил шофер.
На заднем сиденье «уазика» жались друг к другу две толстухи — продавщицы из киоска, которых прихватили в качестве понятых, и Куцов; на левом колене Куцова склонилась Криницкая Ольга, на другом — ее подружка Зыкова Вера.
«УАЗ», спугивая своим шумом воробьев с крыш, взобрался на горку и свернул на грунтовку к яблоневому саду, где у первых растопырчатых крон остановился.
— Куда же вы, куда? — воскликнул Шимон, обнаружив свои коленки опустевшими.
— А ты бы так и до Лидовска кайфовал! — заржал Пепси-Кола, вспомнив соседний их городу Варяжску областной центр.
— Не то сам из другого теста слеплен, — пробурчал, вываливаясь из машины, Куцов и обратился к девчонкам: — Приехали? Ну а теперь рассказывайте, как все было.
По тропе вышли к роскошной лужайке с сочным травным покровом, с которой открывался вид на перепаханное поле и на полосу берез, затягиваемую туманом.
— Драка была там, — показала наманикюренным мизинцем Криницкая.
Шимон при мысли о том, с каким бы наслаждением он коснулся дамских пальчиков, тяжело вздохнул. Когда прошли к березняку, в котором, шурша, гулял ветер, он съязвил:
— Дама, она существо завсегда непонятливое.
Посмотрел на сыщика, обнявшего толстуху.
— Шурупов, твою в дышло!
— Чего мешаешь?
— Где парня нашли?
— Тама! — не отпуская продавщицу, Шурупов показал рукой на кусты, сползающие в папоротниковую низину оврага.
Кусая шариковую ручку, Шимон Аронович заполнил протокол и позвал всех расписываться.
— У меня есть своя, — Криницкая достала капиллярную ручку.
Шимон Аронович наконец-то тронул ее за пальчики: