Согнулся и вдруг замахнулся бутылкой над девичьей головой:
— А ну, говори!
Клава чуть не свалилась со стула.
— Продолжай свои мяу-мяу... Раз ты нам не подарок, то и мы тебе не сладкий пряник...
Шурупов выглянул в коридор, кого-то окрикнул, вернулся, плюхнулся в кресло и уставился в девчонку.
— Слыхала, в городе отстрел собак намечается?
— Какой еще отстрел?
— Всякую бродяжню блохастую — пиф-паф!
— Ну и что?
— Так мы и твоему Тимке башку продырявим!
— Не посмеете!
Пепси-Кола засмеялся так громко, что девчонка заткнула уши.
— Да ты, детка, совсем ориентацию потеряла... Не понимаешь, с кем имеешь дело...
— Вам его не отдадут!
— А мы и забирать не будем... Его надо только подкараулить... Твой брат у нас, мать на работе, отец с утра пьян... Правильно я говорю?
Девчонка молчала.
— Ну, ломайся, пока можно...
— Выгуляют! Выгуляют! — прорвалась ревом Клава.
— В крысятник! — показал Шурупов на девчонку появившемуся в дверях сержанту.
Оставшись один, Шурупов вытянул ногами из-под стола ящик с бутылками «колы». Выпив еще одну, некоторое время ковырял спичкой в зубах.
— Где же мой матюгальнк? — подался он к телефону. — Это опорный пункт?
— Вас слушают, — мелодично пропел женский голос.
— Мне Валерия Викторовича!
— Простите, а кто его спрашивает?
— Шурупов.
— Соединяю.
— Крыжов у телефона.
— Барбос! Секретуху завел! А сколько ей лет? — налетел Шурупов на участкового.
— Сколько есть, все мои...
— Пока ты там лямуры разводишь, может преступник улизнуть!