Я не выдержал и удивленно присвистнул. Что там у них происходит, вообще?
Когда связист закончил перекличку, в эфире наступила короткая пауза, и потом раздался уже другой голос, боле старший и хриплый, медленно начал.
— Господа коменданты. Альфа-один молчит уже четвёртый плановый эфир подряд. С «Бета-1» ситуация также понятна, благодаря усилиям коменданта Грейна. Кстати… добро пожаловать обратно в командование, Леонард… Рад, что ты с нами…
Это прозвучало как-то удивительно человечно. Кто бы не был этот человек, он явно знал Грейна лично и представлял, что именно из себя представляет человек, прошедший двенадцать Голодных игр. И Грейн тоже ответил.
— И я вас, комендант 1-го ранга Старков. Работаем.
— Да… Работаем… Мы все видим, что в зоне основной высадки Лиги ситуация тяжёлая. «Альфа-3», «Альфа-5», у вас получилось провести разведку на «Альфа-1»?
— «Альфа-3» на связи. Ответ отрицательный. Между нами большая элериумная зона и твари чрезвычайно активны.
— Принято «Альфа-3». «Альфа-5», что у вас?
— Всё также ничего. Чёртов лес… Я потерял уже две группы разведчиков. Больше не хочу.
— Принято «Альфа-5». Что ж… Согласно инструкции, оперативное командование официально переходит к «Гамма-1». Я, комендант 1-го ранга, Антон Старков, командование принял.
В эфире повисла короткая, какая-то «неуютная» тишина. Люди осознавали новые реалии и то, что весь первоначальный план высадки летит к чертям собачьим. Запланированная экспансия от «Альфа-1» очевидно провалилась и, что. Самое плохое, никто понятия не имел, что произошло с «Альфа-1».
— Господа коменданты, — продолжил Старков после паузы. — Прежде чем перейти к докладам, я хочу, чтобы все услышали одну вещь. И отреагировали правильно.
Эфир молчал, готовый слушать.
— Я прохожу седьмые Игры. Комендант Грейн — двенадцатые. Все, кто постарше, знают, как происходят игры в норме. Основные потери в базах, это высадка и первая неделя-две. Дальше мы объединяемся идем к цели. С каждой неделей сектор становится только сильнее. Так было всегда. На всех Играх.
Старков сделал короткую паузу, давая всем переварить очевидные прописные истины Голодных Игр.
— Сейчас всё не так. Кроме сектора «Браво», большинство из нас провело высадку штатно. Но сейчас мы теряем базы эфир за эфиром. Мы не становимся сильнее, господа. Нас становится меньше.
— У кого-то есть объяснение? — голос был молодой и нервный. Он сбился и тут же поправился. — Это «Дельта-11».
— Если бы у меня было объяснение… «Дельта-11» я бы с него и начал, — сухо ответил Старков.
— Старков, разреши, — снова Грейн. — Господа, обратите внимание ещё на одну деталь. Ни одна из замолчавших баз не выходила в эфир аварийно. Не было ни сигналов бедствия, ни обрыва на полуслове. Они просто не отвечают в плановое время. А ведь база не умирают молча. Когда базу давят твари, кто-то всегда успевает к передатчику. Всегда!
— К чему ты ведёшь, Леонард?
— К тому, что я предполагаю самое худшее, Антон. Это Изнанка. И в этот раз она атакует, а не… прощупывает.
В эфире стало тихо. По-настоящему тихо — казалось, даже фоновый треск помех притих.
Слово было произнесено! Вслух, в общем эфире, под запись.
— Комендант Грейн, — в голосе Старкова прозвучал металл. Слишком ровно. — Ты понимаешь, что ведется запись.
— Понимаю, Антон. Поэтому и говорю. Потому что это единственное объяснение.
— По возвращении этой записью займётся Инквизиция.
— Если мы доживём до Инквизиции, я лично отвечу на все её вопросы. Но сначала надо просто дожить.
Старков не стал спорить. И вот это, пожалуй, напугало меня больше всего. Командующий сектором даже не попытался возразить.
— Возражения по существу? — спросил он вместо этого. — У кого-то есть другое объяснение, почему базы перестают выходить на связь?
Полная тишина была ему ответом.