Мика сглотнул. В его глазах что-то изменилось — будто что-то сдвинулось внутри и встало на место. Надежда?
— Спасибо, — сказал он тихо. — Я… я постараюсь не подвести.
— Мне ты ничего не должен. Делай ради сестры. Ради Шовчика и Тины. Это твоя стая.
Пёс, который всё это время вился вокруг Ланы, вдруг обернулся, посмотрел на Мику и завилял хвостом. Парнишка грустно улыбнулся и кивнул.
Мы направились к группе. Как раз вовремя — Красавчик нашёл залежи серы. Горностай сидел у подножия небольшого холма метрах в двадцати от поляны и возбуждённо попискивал, царапая землю передними лапками. Его хвост дёргался от волнения.
— Здесь! — крикнула Ника, показывая рукой. — Он точно что-то нашёл!
Теперь нужен был Старик.
Я потянулся к ментальной связи с росомахой, нащупывая знакомое присутствие в глубине сознания. И наткнулся на глухую стену ледяного равнодушия.
Зверь был в ядре. Забился в свою зону и не желал выходить. Связь была, но односторонняя — он слышал меня, но игнорировал.
— Чёрт, — процедил я сквозь зубы.
— Что такое? — Лана подошла ближе, увидев моё выражение лица.
— Старик. Упёрся как баран.
Если он решил забиться в свою нору и дуться, придётся идти за ним лично. В самое логово упрямого старого ублюдка.
— Подождите здесь, — сказал я и сел прямо на землю, прислонившись спиной к скале. Камень был твёрдым и прохладным. — Мне нужно провести… Личную беседу.
Закрыл глаза и сосредоточился на дыхании. Медленный, глубокий вдох. Выдох — ещё медленнее. Пульс замедлился, мышцы расслабились одна за другой. Шорох листвы, журчание ручья, приглушённые голоса команды — все звуки внешнего мира начали отдаляться.
Пространство вокруг меня стало расширяться.
Уже привычное ощущение падения внутрь себя, в глубины, где живёт истинная стихия.
Передо мной развернулся знакомый пейзаж потокового ядра. Пожалуй, нужно проверить всю стаю.
Я стоял на краю высокого плато, омываемого вечными ветрами. Под ногами твёрдый чёрный гранит, над головой серое небо, пронизанное серебристыми потоками воздуха. Они двигались спиралями. Воздух здесь был живым — он не просто дул, а думал, чувствовал и принимал решения.
Зона Рысей.
Я двинулся туда первым делом.
Режиссёр и Актриса лежали на вершине скалы, греясь под потоками стихийной энергии. Их серебристая шерсть переливалась в мерцающем свете, и оба выглядели сытыми, довольными и здоровыми. При моём приближении Режиссёр поднял голову и моргнул серебристыми глазами.
Вожак.
Как вы?
В полном порядке. Отдыхаем после тяжёлого боя. Восстанавливаем силы.
Актриса потянулась, как огромная кошка, и зевнула, демонстрируя острые клыки. Её глаза смотрели на меня с ленивым удовлетворением. После того случая в ядре, когда она помогла усмирить Старика, между нами установилось новое понимание. Она больше не чувствовала себя «запасной» рысью, второй после брата.
Мы готовы к новому, когда потребуемся. Я убила слишком мало, вожак.
Но пока… Голод утолён. — добавила она.
Я усмехнулся.
— Блин, это очень жутко выглядит, — откуда-то издалека раздался голос Стёпки. — Он реально там улыбается чему-то.