— Я сама не знаю всего. Тадиус… — она запнулась, её взгляд метнулся к двери, словно она услышала что-то, недоступное нам. — Я не уверена, что это вообще Тадиус.
Она резко выпрямилась, балансируя на грани падения. Ветер с улицы рванул её волосы, скрывая лицо.
— Вам нужно спасти Валдриса. Прямо сейчас. Вытащите дрянь. А завтра… Я дождалась вас, чтобы сказать. Завтра, на арене, рассчитывайте на меня.
— Стой! — яростно шепнула Лана, делая шаг вперёд.
Но девушка лишь качнулась назад. Просто позволила гравитации сделать своё дело. Она беззвучно скользнула спиной в пустоту ночи, как падающий лист.
Я бросился к окну раньше, чем успел подумать зачем. Тело сработало быстрее головы. Схватился за деревянную раму, перегнулся через подоконник. Холодный ночной воздух ударил в лицо.
Она падала.
Летела вниз с той же невозмутимостью, с какой сидела на подоконнике. Тёмный силуэт на фоне серых камней сада. Три этажа. Несколько секунд до удара.
Воздух у земли взорвался.
Послышался плотный короткий удар, будто что-то тяжёлое возникло из ничего. Каменная пыль брызнула в стороны, и из этого облака выступила огромная рысь! Её шкура отблёскивала в лунном свете как отшлифованный гранит.
Мирана мягко и точно приземлилась ей на спину — будто делала это тысячу раз. Каменная рысь рванула с места и стремительно понеслась через сад. Вскоре они растворились в темноте за дворцовой стеной.
Я смотрел в пустоту ещё секунду.
Дочь Первого Ходока. Друид, который предаёт своих.
Слишком много вопросов и слишком мало времени.
— Что это вообще было… За ней? — выдохнула Лана.
— Уже нет. За двумя зайцами мы не побежим. Погонимся — и вся операция пойдёт к чёрту.
Я повернулся к Мике, который следил за происходящим, уже ничему особо не удивляясь. Парень просто привык.
— Работаем.
Лекарь сосредоточенно кивнул и поставил сумку на пол рядом с кроватью. Руки у него не дрожали — хороший знак. За последние недели парень научился держать себя в руках, когда цена ошибки измерялась чужими жизнями. Застёжки сумки тихо щёлкнули, но в ночной тишине королевских покоев даже этот звук казался громким.
Я подошёл к двери и осторожно вышел наружу.
Стражники всё ещё лежали без сознания. Нужно перестраховаться. Поскольку снотворное Ария не понадобилось — использовал его на охранниках. Так надёжнее. Советник знал своё дело — дозировку рассчитал правильно.
Осторожно вернулся в покои Валдриса.
— Лана, к окну, — сказал тихо. — Смотри на подходы со стороны сада.
Она беззвучно скользнула к подоконнику. Встала сбоку от проёма, прижавшись спиной к каменной стене — не светиться на фоне лунного света. Инстинкт хищника, отточенный за долгие годы охоты.
Мика уже разложил инструменты на краю кровати. Скальпель с тонким лезвием, щипцы для извлечения, несколько чистых тряпок, склянка с прозрачным антисептиком, который пах спиртом. Всё аккуратно — на расстоянии вытянутой руки.
Свечи на столике давали тёплый жёлтый свет, но его явно не хватало для тонкой работы. Мика взял подсвечник и поставил рядом с изголовьем, так чтобы пламя освещало голову короля. Воск капнул на деревянную столешницу — крошечное пятнышко, которое завтра горничная сотрёт не задумываясь.
Лекарь наклонился над Валдрисом и начал осмотр.
Сначала виски — пальцы двигались медленно, методично, ощупывая кожу с той осторожностью, которая приходит после сотен операций на живых людях. Потом шея, за ушами. Мика искал что-то неестественное, инородное, что не должно было быть под человеческой кожей.
Невероятный дар видеть проблему, чувствовать её кожей.
Валдрис лежал неподвижно. Грудь всё ещё поднималась и опускалась с механической точностью. Лицо бледное, но кровь циркулировала нормально, сердце работало.