— Да. Хочу невидимую смерть. — Барут смотрел на друга серьёзно. — Я знаю, что Макс передал тебе мою просьбу.
Стёпа медленно кивнул. Скрылся в доме и вышел со своей сумкой через пару минут. Порылся внутри и достал первую керамическую гранату.
— Пять штук, — сказал он, протягивая их торговцу одну за одной. — Остальные себе оставлю.
Барут взвесил «невидимую смерть» в ладони.
— Осторожнее, — предупредил Стёпа. — Ладно? И вообще… зачем они тебе? В смысле, столько штук?
Сразу торговец не ответил. На его лице появилась странная улыбка.
Воздух над его плечом задрожал, как над раскалённым камнем в жаркий день.
Из потокового ядра Барута появился зверь… Грифон! Самый настоящий, яркий — перья отливали золотом и медью, словно были выкованы кузнецом из расплавленного металла. Глаза — два угля. Жар от него чувствовался даже на расстоянии вытянутой руки.
Стёпа замер. Рот приоткрылся, но слова застряли в горле. Такого он не ожидал. Вообще не ожидал.
Грифон расправил крылья — короткий взмах, и горсть искр посыпалась на утоптанную землю двора. Потом сложил их обратно и встал возле Барута.
— Грифон огня⁈ Давно? — выдавил Стёпа наконец.
— Пришлось изрядно потратиться после победы в гонках, — сказал Барут спокойно, будто речь шла о новом товаре на складе. — Третья ступень, не чета Афине, конечно, но… Если что — прикрою с воздуха. Вот, что я могу делать, понимаешь, Стёп? А не палкой махать…
Копейщик смотрел на грифона ещё несколько секунд. Огненное оперение переливалось на солнце, клюв был острый, как бритва. Настоящий хищник.
Потом хмыкнул и покачал головой:
— Слушай, а удобно. Гранату можно прямо о пёрышко поджечь.
Барут усмехнулся. Грифон издал короткий клёкот — то ли согласие, то ли возмущение таким подходом к его персоне.
Стёпа посмотрел на торговца серьёзнее:
— А Максу не сказал.
— Конечно не сказал, — согласился Барут без тени смущения. — Он бы не позволил. Сказал бы — сиди в стороне, не лезь, ты не боец. — Он пожал плечами. — А я в стороне стоять не хочу. Не после всего.
Стёпа кивнул. Понимал. Сам бы поступил так же. Когда рядом с твоими друзьями творится ад, сидеть в безопасности — выше человеческих сил.
Грифон исчез — втянулся обратно в ядро Барута, оставив после себя только лёгкое марево в воздухе.
Стёпа размял плечи:
— Может тебе тогда дать побольше невидимой смерти?
— Давай.
Они всё равно продолжили тренировку. А когда солнце поднялось выше, Стёпа отложил палку к стене и вытер пот с лица рукавом.
Барут ушёл в дом — умыться и переодеться.
Копейщик остался во дворе, устроившись на перевёрнутой бочке у стены. Достал флягу из сумки и отпил — вода была тёплой, но горло благодарно приняло влагу.
Хорошо поработали — Барут схватывал быстро, хотя руки у него были торговца, а не бойца. Но движения правильные, дистанцию чувствует. Если что — не подведёт.
Они не пошли смотреть финальные отборочные бои — ждали.
Скрип калитки заставил Стёпу поднять голову.