Он не ответил, отвернувшись к стене. Он не хотел, чтобы она видела его в таком жалком состоянии.
Самира тихонько вошла в палату и села на стул рядом с его кроватью. Она долго молчала, пристально глядя на него.
— Зачем ты пришла? — наконец, хрипло спросил Джафар, не поворачиваясь к ней.
— Я пришла к тебе, — тихо ответила Самира, в ее голосе звучало столько нежности и любви, что сердце Джафара болезненно сжалось.
— Пришла посмеяться надо мной? — язвительно бросил он. — Посмотреть, до чего я докатился? Увидеть, как рухнул карточный домик моего благополучия? Что ж, смейся, Самира. Ты это заслужила. Я теперь полный ноль. Никто! У меня ничего не осталось.
Он не сдержался и повернулся к ней лицом. В его глазах плескались боль, отчаяние и стыд. Он не мог поверить, что эта прекрасная женщина все еще находится рядом с ним, после всего, что произошло.
Хасан Абубокаров, этот проклятый дьявол, забрал у него все. И Джафар не понимал, почему она до сих пор не ушла от него.
Когда настанет время выписки, ему будет некуда идти. Где он будет жить? Что он будет есть? Как он сможет обеспечить Самиру?
— Я пришла забрать тебя домой! — твердо произнесла Самира, глядя ему прямо в глаза.
— У меня нет дома, Самира, — прошептал Джафар, отворачиваясь от нее. Его голос дрожал от унижения и безысходности. — Я продал все, до последней нитки. Мне некуда тебя привести. Я не хочу, чтобы ты жила в нищете. Иди к своим братьям. Они позаботятся о тебе. Я… я не достоин такой жены, как ты. Ты заслуживаешь лучшего.
Самира придвинулась к нему и нежно пригладила его по голове. Джафар дернулся, словно от удара, но все же не удержался и поймал ее ладонь, легонько сжав ее в своей. Он боялся прикоснуться к ней, боялся осквернить ее своим прикосновением.
— Ты не любишь меня? — тихо спросила Самира, глядя ему прямо в глаза.
— При чем тут это? — вспыхнул Джафар. — Люблю ли я тебя? Ты же знаешь, что ты для меня весь мир. Но что я за мужчина, если не могу содержать семью? Что я за муж, если не могу защитить тебя? Я ничтожество, Самира. И ты должна уйти от меня, пока не стало слишком поздно.
— Ну, с этим ты справишься, Джафар, — улыбнулась Самира, глядя на него с любовью и верой. — Ты сильный и умный человек. Ты обязательно найдешь выход из этой ситуации. Тем более… тем более у нас скоро должен будет родиться малыш.
Джафар дернулся, словно от удара током. Его глаза расширились от изумления.
— Что? Какой малыш? — запинаясь, спросил он. — Когда? Ты уверена?
Самира кивнула и улыбнулась, положив его ладонь себе на живот.
— Да, Джафар. Я беременна. Я узнала об этом совсем недавно. Это наш ребенок. Твой и мой.
Джафар не мог поверить своим ушам. Новость о ребенке стала для него настоящим чудом, лучом света в темном царстве. Он прижал ее ладонь к своему животу, чувствуя, как внутри него зарождается новая жизнь.
— Мне достался дом от бабушки, — продолжала Самира. — Это небольшой, старенький домик в пригороде. Но там есть все необходимое для жизни. Пока поживем там. А богатство… богатство дело наживное. Главное — желание и упорство. А этих качеств тебе не занимать, Джафар. Я верю в тебя. Я знаю, что ты справишься со всеми трудностями. Мы справимся вместе.
Джафар крепко прижал Самиру к себе, уткнувшись лицом в ее волосы. Его глаза наполнились слезами счастья. Он почувствовал, как к нему возвращается вера в себя, в свои силы. Он больше не чувствовал себя сломленным и униженным. Он знал, что у него есть ради чего жить, ради чего бороться. У него есть Самира, его любимая жена, и у него скоро будет ребенок.
— Аллах по истине щедр ко мне, — прошептал Джафар, нежно целуя ее волосы. — Я уж думал, что навсегда тебя потеряю. Я думал, что все кончено. Но ты вернула меня к жизни. Ты дала мне новый смысл. Я клянусь, Самира, я сделаю все, чтобы ты и наш ребенок были счастливы. Я сделаю все, чтобы ты ни в чем не нуждалась. Я верну все, что потерял. Ради тебя, ради нашего малыша!
Эпилог
Самира долго уговаривала Джафара навестить его сестер в Германии. Поначалу Джафар упирался, как упрямый осел. Он не желал видеть Эдгара, человека, который однажды выкрал у него из-под носа невесту, а потом украл его родную сестру. Мужа Камиллы, Андрея, он тоже видеть не хотел, считая его частью чужой культуры.
— Мне было бы очень больно, Джафар, если бы мои братья отказались от меня из-за тебя, — мягко говорила Самира, глядя ему в глаза. — Дай им шанс. Дай им возможность искупить свою вину. Ведь это твоя кровь, твоя семья. И я хотела бы, чтобы наши дети имели братьев и сестер с твоей стороны. От родни нельзя отказываться, Джафар.
Джафар скрипя сердце согласился. Он понимал, что Самира права, что он не должен переносить свою обиду на Эдгара на свою сестру Лейлу, что он должен дать сестрам шанс на примирение. Самира тут же связалась с сестрами Джафара в Германии, и они условились встретиться в конце ноября, когда опадут последние листья и в воздухе запахнет первым снегом.
Самиру и Джафара встретили тепло, даже горячо. Лейла бросилась к брату на шею, плача от радости и облегчения. Обнимала Самиру, благодаря ее за то, что она вернула им Джафара. Камилла была тиха и сдержана, но в ее глазах светилась тихая радость. Она прижимала к себе светловолосого малыша, и со слезами на глазах смотрела на брата.
— Это Сергей, — представила она сына с тихой гордостью. — А это мой муж Андрей.
Джафар с трудом пересилив себя, протянул руку Андрею. При этом невольно скривился, ему было трудно переступить через свою гордость.
— Привет, — сказал он с трудом, чувствуя, как ком подступает к горлу.