— Я знаю.
— И она тебя не съест.
— Вот именно поэтому.
Локи коротко усмехнулся.
Жизнь Тора шла своим установленным порядком, и Сильвия в этом порядке заняла своё ровное, неназойливое место. Тор был ей благодарен за то, что она была такой, какой обещала быть, без отклонений в обе стороны.
Но в этом установленном порядке была одна точка, в которой ничего не было ровным.
Сиф.
Тор понимал, что Сиф его до сих пор любит. Сильно. Молча. Долго.
Тор знал это и раньше, и тогда он принял решение: не давать повода. И не давал. Все эти годы он держал с ней дистанцию ровно ту, которая была положена ему как принцу и ей как товарищу. Никаких прикосновений, приватных ужинов или поздних разговоров наедине.
Но он видел, что ей этого мало. Внутри неё жила надежда.
И вот теперь была Сильвия.
Сиф об этом узнала, разумеется, в первый же день. Тор увидел её через два дня после первого вечера с Сильвией; они столкнулись в одном из коридоров, и Сиф кивнула ему вроде как привычно ровно. Но в глубине ореховых глаз Сиф стояла тёмная, застарелая боль.
В тот раз он промолчал. И в следующий раз промолчал. Он сказал себе — пусть привыкнет, пусть это уляжется само, она воин, справится.
Несколько месяцев он наблюдал.
Сиф не справлялась.
Это было видно по мелочам. Она стала отказываться от совместных походов, ссылаясь на другие дела. Пропустила посиделки с друзьями, на которую Тор специально пришёл. Один раз он увидел её в дальнем конце дворцового сада, стояла одна, без дела, чего раньше с ней не бывало.
Это было плохо, но не для Тора, а для неё. Каждый день, в который Тор не отпускал её, был днём, который она не могла начать заново. Она ждала, что он скажет. И каждый день этого ожидания съедал её.
Тор понял: дальше нельзя.
Он нашёл её на следующий день. Сиф была одна, шла из сада через один из переходов, и Тор подождал её там.
— Сиф.
— Тор.
— Мне нужно с тобой поговорить. Серьёзно. Я хочу прийти к тебе сегодня вечером.
Она посмотрела на него.
Несколько секунд просто смотрела. Тор спокойно смотрел в ответ. Он не уточнял ничего, не объяснял. Сиф была воином и понимала такие вещи без слов.
Потом она кивнула.
— Приходи.
И прошла дальше.
Он шёл к ней вечером по длинным коридорам дворца, и за всю эту дорогу несколько раз поймал себя на мысли, что хочет повернуть назад.
Он не повернул.
Постучал в дверь её покоев.