— Решение требует внесения в основную книгу и подписи представителя Палаты. Рейн отправил запрос. Ответа нет.
— Представитель Палаты участвовал в первоначальной подделке, — сказала я. — Он мог ждать вечно.
— По старому закону при отсутствии ответа тридцать дней решение вступает в силу автоматически, — сказал Дорен.
— Найдите текст.
Пока он искал, я проверяла остальные коробки. Пять дел без имен стояли вместе. На каждой было обычное имя, перечеркнутое медной чертой.
Нейр Арден значился освобожденным. В тайном приложении — «оставить под наблюдением Грани до согласия назвать огненное имя».
Женщина из первой камеры была Иара Вель, лекарь-полевик. Та самая сводка о помощи беглецам. Ее законный срок закончился три года назад.
Пожилой Сорок пятый — мастер мостов Реван Орр. Обвинение: повреждение военной дороги. Доказательство: обвал моста через два месяца после его ремонта. Экспертизы не было.
Юноша, потерявший имя, — Лин Астер. В деле ему было семнадцать. Он отказался регистрироваться после смерти родителей. Приговор предусматривал воспитательный надзор, не тюрьму.
Четвертый узник — Севан Рур, обвиненный в поджоге зерновых складов. В приложении имелись показания трех свидетелей. Его дело могло быть законным.
Пятая коробка принадлежала умершему Теону Кайру. После его смерти номер передали Нейру, не меняя печати.
— Это не ошибка, — сказала Мара. — Кто-то построил второй учет.
— Для людей — один. Для огня — другой, — ответила я.
В тайной книге напротив каждого имени стояло количество силы, полученной Сердцем Грани. Умерший Теон продолжал отдавать огонь через сосуд. Нейр под его номером давал новый.
— Два источника под одной камерой, — прошептала Тесса. — Поэтому никто не заметил лишнего.
— Колокол заметил, когда ключи приняли новый архив, — сказала я.
Дорен нашел закон. Тридцатидневный срок действительно существовал. Для освобождения Эрис не требовалась новая подпись Палаты.
— Завтра созовем внутренний пересмотр, — решила я.
— Нужен представитель драконьих родов, — напомнил он.
— В крепости шестьдесят три дракона.
— Заключенный не может представлять роды.
— Тогда отправим сообщение через судебный колокол.
Мара покачала головой.
— Колокол молчит пятнадцать лет. Последнего судью ждали три месяца.
— Эрис уже ждала пять лет. Несколько дней переживем.
В дальней стене тайника находилась ниша с личными вещами Рейна: очки, перстень, сломанное перо и тетрадь. Последние страницы были вырваны. На предпоследней он записал расходы на ремонт северной цистерны. Сумма прошла через казначейство, но работы не проводились.
Тесса нашла на обложке бурое пятно.
— Кровь?
— Проверю в лечебнице.
Под тетрадью лежал ключ от водостока и письмо без адресата.