На странице сорок семь серым было последнее предложение:
«Условия прекращения полномочий определяются приложением».
— Дай приложение, — сказала я.
— Оно содержит устройство внутренней защиты крепости, — ответил Оскар. — Получишь после принятия допуска.
— От меня требуют подписать условия, которых я не вижу.
— От тебя требуют решить, нужна ли тебе эта работа.
— Это не одно и то же.
— В государственной службе часто одно и то же.
Теперь он говорил честно.
Я посмотрела на судью.
— Вы заверите назначение без приложения?
— Я заверяю только добровольность подписи. Содержание документа относится к Палате.
— Очень удобное разделение ответственности.
Он снова снял очки.
Оскар мог не разводиться. Мог закрыть мой допуск, оставить в доме и продолжить убеждать всех, что я устала. Но я знала слишком много его привычек: где он прятал черновики, как исправлял подписи, какие документы читал лично. В столице я была угрозой. В Черной Грани должна была стать женщиной с громкой должностью и без дороги наружу.
Вопрос заключался не в том, приготовил ли он ловушку.
Вопрос был в том, находились ли внутри пять дел, которые он хотел уничтожить.
— При назначении я получу доступ ко всем приговорам крепости? — спросила я.
— Да, — сказал Оскар.
— К книгам поставок?
— Это обязанность смотрителя.
— К журналам переводов?
— Да.
— Право останавливать незаконный перевод сохраняется?
— Если сумеешь доказать незаконность.
Он был уверен, что не сумею. Или что не успею.
Я взяла перо.
Оскар наклонился вперед.
— Лиора, содержание позволит тебе жить спокойно.
— Ты предлагаешь спокойствие слишком настойчиво.