– Понятия не имею.
Я отвернулась от него и подошла к окну, подставив лицо под порыв сильного ветра. Я вцепилась в каменный подоконник, наслаждаясь холодом под пальцами.
– Я даже не знаю, кто ты, – прошептала я себе под нос. – Знаю только, чего от меня ждут. Чтобы выполнить договор, на который я согласилась, и сохранить мир в Люмерии, я должна искупаться в проклятом озере под этим замком, которое может свести меня с ума или убить. И если боги позволят мне выжить, – я с отвращением выдохнула, – я должна буду пройти голышом перед всем твоим двором и добровольно…
Я не смогла договорить. Было трудно представить, а тем более сказать, что мне придется сделать. Я даже не понимала, где мне взять силы, чтобы пройти через это, если я вообще переживу первую часть ритуала.
Я почувствовала, как он медленно приближается ко мне. Когда он схватил меня за плечи, я вздрогнула. Он отпустил меня, но остался стоять за спиной теплой, непробиваемой стеной.
– Я понимаю, что ты напугана, – пророкотал он глубоким ласковым голосом. – И что ты не понимаешь важности ритуала.
Мне хотелось развернуться и закричать на него снова или, еще лучше, ударить, но, видимо, боевой дух покинул меня. Я выдохлась.
– Но выслушай меня, Уна. – Теперь в его голосе звучала мольба, отчаянные интонации, которых я никогда прежде не слышала от него.
– Я знаю, что этот путь проложили для тебя боги. – Он помолчал, затем добавил: – И для меня.
– Твои боги или мои? – спросила я, все еще глядя в окно, глубоко вдыхая прохладный воздух, пока небо становилось темно-фиолетовым.
– И те, и другие, – ответил он быстро и уверенно. – Ты окунешься в Нэкт-Ликензель и не сойдешь с ума. И не умрешь. – Его голос был одновременно властным и нежным. – Ты завершишь ритуал сервиума и станешь моей мизрой, как повелели боги.
Наконец я повернулась, нахмурившись.
– Боги повелели, чтобы меня вынудили покинуть дом и стать твоей наложницей? Боги, должно быть, меня ненавидят.
Я осознавала, что в моем голосе сквозит отвращение, но неужели он искренне верил, что я обрадуюсь такому заявлению?
Его лоб прорезала глубокая морщина.
– Такова их воля.
– Откуда тебе знать?
– Далье было видение.
– Что это буду я? Боги назвали мое имя?
Его драконьи глаза засветились пронзительно-голубым.
– Боги никогда не называют имен. Ты знаешь. Но я уверен в этом. Тебе придется довериться мне.
Я выгнула бровь, скривив губы в циничной улыбке:
– Довериться тебе?
В его холодном взгляде наконец-то прорезалась некоторая уязвимость. Похоже, мне действительно удалось сделать ему больно. Это не принесло мне того удовлетворения, которого я ожидала.
Уязвимость быстро исчезла за привычной суровой маской. Дракон вернулся, глядя на меня сверху вниз с непроницаемым выражением лица.
– Хочешь сказать, что решила не идти до конца? Ты решила нарушить договор?
Я усмехнулась.
– Сволочь. Ты же знаешь, что я этого не сделаю. – Прищурив глаза, я задрала подбородок. – Я пройду твой ритуал сервиума. Я не нарушаю своих обетов.
Мои мысли перенеслись к лунной связи в Валла-Локкере. Я уже пообещала себя этому призрачному королю. И хотя он отверг церемонию как несущественную, я, считай, отдала ему свое сердце и душу, а также тело в ту ночь, когда мы покинули Изос.
– Очень хорошо, – холодно произнес он. – Тогда отдыхай, мизра. Тебе это понадобится.