Warhammer 40,000. Семь Клятв Святой Девы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Скажешь: «Я понял, о ком речь, но имя не прозвучало». Это не трусость, Тимон. Это разница между свидетелем и очередным недалёким фанатиком, — объяснил я. — Поэтому балаболь меньше, факты излагай сухо и ничего не искажай.

Он вдохнул, собрался и повторил уже увереннее:

— Голос сказал: «Вы должны остановить до рассвета». «Никаких мертвецов не надо. Я больше не могу». Потом назвал себя Вероникой. Потом: «Сестра битвы Вероника из Кровавой Купели». Потом: «Мой обет запрещает сношение с погаными хаоситами, но…» Потом оборвалось. Потом сказал тебе: «Санитар, ты не отпускаешь мёртвых без имени». Потом: «Удержи и моё. Запомни меня Вероникой». Потом про первое имя, семь свечей, белые руки и сладкий голос.

— Уже лучше, — одобрил я.

— И что «ей нужна только боль», — добавил Тимон.

— Вот это отдельно, — предупредил я. — Если спросят — повторишь. Если не спросят — не суй первым. Понял почему?

— Потому что это сразу к Аврелии ведёт, — догадался Тимон.

— Потому что это сразу к костру ведёт. К Аврелии уже потом, если сильно повезёт, — поправил я.

Тимон побледнел ещё сильнее, но кивнул. Вот теперь он услышал.

Серафим пришёл быстро.

Дверной запор щёлкнул раз, потом второй. Створка ушла внутрь, и Серафим Гольц остановился на пороге и осмотрел нас с Тимоном, как старый кладовщик осматривает мешок, который вдруг сам шевельнулся. Не поверил, но уже прикидывает, как далеко лопата, чтобы прибить то, что там внутри, если шевельнётся ещё раз.

— Почему вызвали? — спросил он без приветствий.

— Потому что голос говорил про рассвет, первое имя и семь свечей, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Это не наш уровень доступа, Серафим, а ваша ответственность. Если кто‑то начнёт двигать тело или пытаться снять показания с импланта до того, как вы разберётесь, что это было, — мы потеряем единственную зацепку.

Серафим медленно кивнул, будто взвешивал каждое слово.

— Допустим. Но почему не объявить боевую тревогу? Почему не позвать всех, кто может решить вопрос?

— Потому что тогда сюда придут люди Вейна и церемониймейстер, — сказал я прямо. — И они заберут тело. Они заберут имплант. Они заберут рапорт. И мы с Тимоном останемся с пустыми руками и вопросом: «Почему вы не выполнили приказ поднять тревогу?»

Тимон едва слышно вздохнул, но промолчал. Молодец.

— Ты считаешь, что Вейн и церемониймейстер — угроза? — уточнил Серафим.

— Я считаю, что они — заинтересованные стороны, — поправил я. — Церемониймейстер хочет вернуть тело в рассветный список. Вейн — человек Аврелии. А Аврелия…

Я замолчал, давая ему закончить мысль самому.

Серафим прищурился.

— Аврелия хочет получить подтверждение чуда, — закончил он. — И если чудо связано с Кровавой Купелью, она захочет его присвоить. Или уничтожить. В зависимости от того, что выгоднее.

— Именно, — подтвердил я. — А мы с Тимоном — просто санитары. У нас нет права решать, чудо это или нет. Но у нас есть вера, долг и приказ. Мы не должны дать телу исчезнуть до того, как его осмотрит тот, кто может принять решение без оглядки на Аврелию.

Серафим снова посмотрел на рапорт в моей руке.

— Что стряслось? — спросил он флегматично. — Докладывайте…

Я почувствовал себя глупо.

— Имплант в мёртвом теле выдал не щелчки и отдельные слова, а почти связанное послание.

Серафим требовательно протянул руку, и я отдал ему рапорт. Тот быстро пробежал его глазами.

— Подмастерье, — обратился он к подростку, — ты читал малую молитву Святой Веронике. Почему?

— Потому что… — Тимон запнулся, но быстро собрался. — Потому что после того, как голос назвал себя, мне стало страшно. Я не знал, что делать, и начал читать то, что знал.