— Арта я тоже заберу. Ему уже пять — и пора привыкать к мечу.
— Рейгард… — я подалась вперёд, вцепилась в плечи мужа, вглядываясь в его желтые глаза. — Зачем ты так со мной? Мне больно, — последнее слова я проскулила как побитая собака.
Хотя почему как… я и была побитой собакой. Безродной сиротой. Без рода, имени и даже личности.
— Я не хочу больше обманывать тебя. У нас не брак, а подобие. Спасибо тебе за детей. Я назначу тебе денежное довольствие. Я уже отправил императору письмо-прошение о разрыве. Я хочу заключить брак с другой.
Я умирала с каждым словом… едва могла дышать.
— Я люблю тебя… — задушенно прохрипела.
— А я тебя — нет. Не унижайся, Анна. Прими мой выбор. За десять лет брака мы так и не стали по-настоящему близкими людьми.
— Потому что ты всё время на войне! А я здесь! Воспитывала наших детей!
Он ушёл от моего прикосновения, сбросил мои руки.
— Нет, Анна. На этом всё. Я понял, что каждый новый день для меня на фронте может стать последним, и я хочу прожить его так как пожелаю.
— Зачем ты переспал со мной? — выкрикнула я.
Но равнодушный муж лишь пожал плечами, а потом встал, продолжая медленно, застегивая пуговицы на рубашке.
— Ты, видимо, давно не видела мужчину. И была так голодна до ласки.
— Видимо? Ты думаешь, я изменяла тебе?!
Но тот промолчал. А я словно падала, падала и никак не могла достигнуть дна.
— Так ты… облагодетельствовал меня, что ли? — я в ужасе отшатнулась от него. Сжала шелковую простынь на голой груди.
Он снова разорвал мне сердце, вогнал прут — и крутил, крутил его.
— Не устраивай истерик. Ты ведь не склонна к ним. Я подожду тебя внизу. Я сам скажу сыновьям о нашем разводе. Сегодня же я планирую уехать обратно. С ними.
— Оставь мне детей, — Я задыхалась от ужаса.
Не так я представляла встречу с мужем генералом!
— Нет. Исключено. Я буду воспитывать сыновей сам. Я должен их всему научить. Кроме того, если лишу тебя денег, то и не на что тебе это будет делать.
Рейгард, словно ударил меня наотмашь словами!
— Ты меня шантажируешь? Дети в обмен на деньги, так?
— Ты всегда была умной девочкой. И да. Если ты вздумаешь просить милости у императора, я подам ему прошение о том, чтобы он рассмотрел твои финансы и доходы с твоего несуществующего баронства, а заодно и всему Совету.
Я отчаянно покраснела от стыда.
Он прав. Я — баронесса без земель. У меня есть только Гиблый Лес, что Эрэйн своей волей даровал мне.
Каждый кто туда сунется умрет, настолько он опасен и проклят.
А ведь у меня даже личности нет. Император её дал мне. Выполнил моё желание.
Рейгард уже застегнул ремень, заправил рубашку, набросил на плечи небрежно мундир.
— Я… могу содержать детей. У меня диплом травницы.