– Медведь на цепи. Клетка в болоте. Сушина 6, – перечислил папа. – Какой-то валун. Пещера или какой-то грот. Что это?
– Не знаю, – призналась мама.
– Полевые рисунки из разных экспедиций?
– Но зачем отец положил их в сейф с золотом и картой?
– Дорожил воспоминаниями или… Постой, а что, если рисунки – это и есть приметы?
– То есть как?
– А вот так! – папа, разволновавшись, опять начал ходить по гостиной.
Артём наблюдал за родителями с кресла.
– Карту Дёмин составить не смог, – продолжил папа, – потому что путь был слишком долгим. Ограничился приметами. Так?
– Так.
– А что, если он приметы передал не словами, а рисунками?
– Зарисовал приметы?
– Ну да! Гениально! Никаких занудных описаний. Да и местность меняется. Там же постоянно идут обвалы, сдвиги пород. На одиночные ориентиры положиться нельзя. Сегодня – гора, завтра – сопка. Сегодня – лес, завтра – болото. А тут нарисовал картинку со всеми возможными ориентирами, и всё понятно. В деталях пейзаж поменяется, а в целом сохранится.
– Хорошая версия, – кивнула Марина Викторовна. – Но не работает.
– Это почему?
– Медведь на цепи? Сухое дерево? Клетка в болоте?
– Ну, может, это не прямые приметы, а какие-то шарады?
– Думаешь, беглый каторжник Дёмин увлекался шарадами?
– Я вообще сомневаюсь, что он умел рисовать, – признался папа и приуныл, понимая, что его догадка не оправдалась.
– Я´ знаю! – неожиданно заявил Артём.
– Значит, мы опять остались ни с чем. – Папа не обратил на него внимания.
– Отец мог вообще забыть о приметах. Торопился.
– Ну да. Вот и вся история на первую полосу. – Папа в раздражении махнул рукой.
– Мам! Пап!
– Ну что там?
– Я знаю, где приметы, – Артём встал с кресла.
Родители с недоверием посмотрели на него.
– Откуда?
– Вы сами сказали. Они должны быть на видном месте, как у Видка.
– Видока.
[6] Суши´на – засохшее дерево.