Тем не менее, на наш взгляд, и в случае с декурионом, и в случае с препозитом лимеса можно заключить, что все постройки, воздвигнутые на средства крупных землевладельцев, не были объектами их личного пользования и не находились в их личной собственности: эти постройки (некое основание, fundus, скорее всего, участок земли, отведенный под какое-то здание[571], а также ворота) предназначались для усиления военного лагеря (крепости), располагавшегося поблизости, тем самым они выполняли общественные функции, были возведены по заданию государства и под контролем государства.
Следовательно, возвращаясь к эпитафиям из селения Бир эд-Дредер, мы можем сделать вывод, что центенарии, упоминаемые в этих текстах, — это исключительно частные постройки, они были возведены в имениях мавританских племенных вождей и находились в их личной собственности; влиятельные представители мавританской племенной аристократии использовали центенарии для своих личных целей, главным образом для обороны собственных земельных владений и всего внутреннего содержимого таких владений. Неудивительно, что такие центенарии не могли отразить набеги кочевых мавров, главным образом австорианов, и остановить их продвижение во внутренние земли Триполитании.
Австорианы жили вблизи дельты Нила, т. е. они кочевали вблизи восточных рубежей Триполитании, сам факт их бесконтрольных нападений на Лептис Магну и её окрестности, а также факт их практически беспрепятственного продвижения до Лептис Магны говорят о том, что центенарии, построенные по частной инициативе, вряд ли могли сформировать серьезную защиту от грабительских набегов мавританских племен. Эти центенарии не могли послужить серьезной преградой на пути движения мавров, поэтому вполне логично, что в 364 г. жители Лептис Магны обратились за помощью к экспедиционным войскам комита Романа: к тому времени Триполитания практически не располагала собственными (местными) регулярными пограничными войсками, во всяком случае, их количества было явно недостаточно для борьбы с маврами-кочевниками.
3.4. Римская Британия в IV в.: военный аспект
В этом пункте мы сознательно выйдем за рамки периода совместного правления Валентиниана I и Валента (364–375) и последовательно рассмотрим события военной истории римской Британии, произошедшие как до, так и после этого периода. Такое решение обусловлено прежде всего состоянием самой источниковой базы: к сожалению, дошедшие до нас источники по позднеримской военной истории IV в. содержат слишком мало сведений о событиях в Британии, этих сведений недостаточно для подробного изучения военно-политической ситуации, сложившейся на острове в 364–375 гг. Поэтому мы считаем более целесообразным изложить материал так, чтобы показать не только предпосылки событий 364–375 гг., но и последствия этих событий, их влияние на дальнейшее развитие острова в конце IV – начале V в.
Начнем с событий конца III – начала IV в. Римский историк Евтропий, живший в IV в., сообщает, что в тот период, когда Максимиан Геркулий, коллега и соправитель Диоклетиана, обладал титулом Цезаря, т. е. в 285–286 гг., Караузий, кормчий одного из римских кораблей (PRLE I, р. 180, sv. Μ. Аш. Maus. Carausius), получил от Максимиана военную власть для охраны морского побережья Галлии. По словам Евтропия, «после того как вблизи Бононии оборонительного сооружения. См.: LerigraridD. Les notables et leurs propriétés: la formule “in his praediis” dans l'Empire Romain // RÉA. 1996. Vol. 98/1–2. P. 116.
(современный город Булонь-сюр-Мер на самом севере Франции. — Е. Μ.) он (т. е. Караузий. — Е. Μ.) принял [под свою власть] море, чтобы умиротворить берег Бельгики и Арморики, который опустошали Франки и Саксы, он много раз захватывал в плен большое количество варваров» (сит apud Bononiam per tractum Belgicae et Armorici pacandum mare accepisset, quod Eranci et Saxones infestabant, multis barbaris saepe captis. — Eutrop. Brev. IX. 21, ed. C. Santini, p. 62, 1. 16–18).
Как подчеркнул П. Дж. Кейси, сведения Евтропия не дают прямых указаний, что Британия входила в сферу компетенций Караузия, поскольку римский историк не упоминает Британию, тем не менее Р. Шарф пришел к выводу, что полномочия Караузия распространялись и на побережье Британии, поскольку он занимал должность комита морской области (comes maritimi tractus), в состав этой области, по мнению Р. Шарфа, входили две территории: 1) Галльское побережье от Бельгики Второй (в основном юг современных Нидерландов и Бельгия) до полуострова Бретань; 2) прибрежные земли Британии, точнее, участок побережья вдоль пролива Ла-Манш[572].
Мы поддерживаем позицию Р. Шарфа, более того, на наш взгляд, должность комита морской области, который руководил обороной галльского и Британского побережий, была учреждена за несколько лет до прихода к власти Диоклетиана, т. е. до 284 г., другими словами, Караузий не был первым обладателем этой должности. Латинский поэт из Карфагена Марк Аврелий Немесиан, живший, судя по всему, во второй половине III в., в своей поэме Cynegetica («Охота»), написанной в 283–284 гг.[573], восторженно отмечает, обращаясь к императору Карину (правил в западных провинциях империи как раз в 283–284 гг.): «Прежде всего, я не умолчу о сражениях, которые ты, Карин, с помощью войска недавно совершил близ счастливого Севера» (пес taceam, primum quae nuper bella sub Arcto / felici, Carine, manu confeceris. — Nemesianus. Cynegetica, w. 69–70)[574]. К сожалению, Немесиан не сообщает, с кем воевал Карин, и самое главное — где именно развернулись боевые действия, поэт лишь использует весьма красноречивую метафору «близ Севера», следуя законам стихотворного жанра.
Тем не менее, учитывая указание Немесиана на северные земли, можно предположить, что такими землями были либо берега Британии, либо Галльское побережье, поскольку в пределах западной половины империи, где правил Карин, именно эти регионы были северными, они располагались на севере, более того — они представляли собой самые северные владения римлян на западе. Скорее всего, под риторической фразой «близ Севера» можно понимать оба региона, т. е., на наш взгляд, боевые действия затронули и берег Британии, и прибрежную территорию Северо-Западной Галлии. По аналогии с примером Караузия мы можем предположить, что главным противником римлян в этой военной кампании были франки и саксы, грабившие земли Галлии и Британии.
Другими словами, военная экспедиция, о которой говорит Немесиан, представляла собой морскую карательную экспедицию против франков и саксов, и, судя по всему, проводил её не сам Карин, а специальный чиновник, назначенный на должность командующего флотом, этим чиновником был комит морского округа. На наш взгляд, должность комита морского округа была учреждена в 283–284 гг., Карин создал её для более эффективной борьбы римских военно-морских сил против франков и саксов, под командованием комита морского округа находилось сразу несколько групп боевых кораблей, эти корабли размещались в крупных портовых городах и гаванях Северо-Западной Галлии и Британии.
О том, что боевые действия с франками и саксами, проведенные при Карине, развернулись и у берегов Британии, косвенно свидетельствует надпись из Рима, перечисляющая победные титулы императора Диоклетиана, и поскольку в надписи упоминается только один Диоклетиан, без каких-либо коллег-соправителей, текст можно датировать периодом от 20 ноября 284 г., когда Диоклетиан был провозглашен императором, до октября — декабря 285 г., когда Диоклетиан предоставил Максимиану Геркулию титул Цезаря и отправил его в Галлию:
Imp(eratori) Caes(ari) C(aio) Valerio /Diocletiano /
Pio Felici /Invicto Aug(usto) pontif(ici) max(imo) /
Brittannic(o) max(imo) Germ(anico) /max(imo)
П. Дж. Кейси пришел к выводу, что в реальности Диоклетиан в тот период и вплоть до августа — сентября 285 г. не проводил в Британии никакой военной экспедиции. Диоклетиан находился в ближневосточных провинциях империи, где он противостоял персам, и только в августе или в сентябре, прибыв в балкано-дунайские регионы и разгромив Карина в битве при Марге в Паннонии, Диоклетиан установил свой контроль и над западными провинциями империи. Соответственно, как полагает П. Дж. Кейси, вряд ли Диоклетиан мог провести за такой короткий срок (с августа — сентября по декабрь 285 г.) полноценную военную кампанию, тем более в столь отдаленном регионе, как Британия. По мнению П. Дж. Кейси, скорее всего, Диоклетиан просто присвоил себе победу, которую Карин (точнее, как мы могли бы добавить, — один из его военных чиновников, т. е. комит морской области) одержал у берегов Британии, другими словами, Диоклетиан включил в состав своей титулатуры и титул «Британский Величайший», в реальности же этот титул принадлежал Карину[575].
В таком случае столь пристальное внимание Максимиана Геркулия к берегам Галлии и Британии не вызывает особого удивления: зная, что франки и саксы неизбежно продолжат свои грабительские набеги на эти прибрежные земли, Максимиан назначил на должность комита морского берега Карау-зия — воина, обладавшего ценным боевым опытом. На наш взгляд, административная связь двух регионов — британского берега и Северо-Западной Галлии — косвенно отражена и в церковных документах, в данном случае — в протоколах поместного собора галльской церкви, состоявшегося в Арле (Арелате) в 314 г.
В списке подписей к решениям собора упоминаются два епископа, прибывшие из Британии: «Эборий, епископ из города Эборак (Йорк. — Е. Μ.) [в] провинции Британия» (Eborius episcopus de civitate Eboricensi provincia Britania) и «Реститут, епископ из города Лондиний [в] провинции, которая [названа] выше» (Restitutus episcopus de civitate Londenensi provincia qua supra)[576]. Скорее всего, присутствие епископов из Йорка и Лондона на поместном соборе в Арле было далеко не случайным: в связи с тем, что часть прибрежной территории Британии подчинялась комиту морского округа наравне с прибрежными землями Северо-Западной Галлии, епископские кафедры нескольких крупных городов Британии входили в состав галльской поместной церкви и подчинялись юрисдикции арелатского епископа, который был митрополитом этой церкви.
Соответственно, получив должность комита морского округа и успешно разгромив варваров во многих морских сражениях, Караузий совершил ряд должностных преступлений: он присвоил себе значительную часть имущества, отобранного у варваров, и Максимиан Геркулий, узнав об этом, решил его отстранить и привлечь к ответственности. Как результат, в середине 286 г.[577] Караузий поднял мятеж, провозгласил себя императором, захватил прибрежный портовый город Гезориак (второе название Бононии, Булонь-сюр-Мер) и установил свой контроль над всей Северо-Западной Галлией, от Бельгики Второй до полуострова Бретань. Вплоть до 289–290 гг. Караузий размещался на северо-западе Галлии, его ставка располагалась либо в Гезориаке, либо на территории современного Руана, где археологи нашли множество монет, чеканившихся от имени Караузия. В 289–290 гг., под давлением войск Максимиана Геркулия, Караузий отплыл в Британию, захватил часть её прибрежной территории и разместился в Лондоне, но вплоть до 293 г. он все равно продолжал контролировать Гезориак. В 293 г. Караузий был убит одним из своих приближенных, Аллектом, и в том же году Цезарь Констанций Хлор вернул под контроль империи Гезориак, а через три года, в 296 г., совершил морскую экспедицию в Британию, разгромил войска мятежников и обезглавил самого Аллекта[578].
Соответственно, возникает вопрос, какие войсковые подразделения входили в армию Караузия, на какие военные силы он опирался в своих действиях? Наиболее точный и подробный источник по данному вопросу — монеты, выпущенные от имени Караузия, его «легионная» эмиссия, чеканившаяся в основном в Лондоне: легенды этих монет упоминают не только самого узурпатора, но и те легионы, которые ему подчинялись. На сегодня самый полный список легенд «легионной» эмиссии Караузия содержит знаменитый каталог Roman Imperial Coins («Римские императорские монеты», сокращенное обозначение, принятое в науке, — RIC), точнее — том V (часть 2) этого каталога, соответственно, цитируем тексты легенд по изданию в RIC, страницы тома и номер монетного экземпляра будут указаны после текста каждой легенды:
LEG I Μ (Minervia), p. 468, no. 55
LEG MI / MIN, LEG I MIN, p. 468, no. 56, p. 487, no. 268
LEG IIAVG (Augusta), p. 468, no. 57
LEG PARTH / LEG IIPARTH (Parthica), p. 468, no. 60–65, p. 487, no. 269
LEG IIII FL (Flavia), p. 469, no. 69–70, p. 480, no. 187
LEG IIII FLAVIA LEG III FLA, LEG IIII FEL (Felix = Flavia), p 469, no 71, p. 487, no. 272, p. 508, no. 533
LEG VII CL / CLA (Claudia), p, 469, no. 74–75, p. 488, no. 274
LEG VIII AVG (Augusta), p. 469, no. 77
LEG VIIIINV (Invicta = Augusta), p. 469, no. 78
LEG VIII IN / INV, p. 469, no. 79
[571] На основании эпиграфических источников Д. Легран проследил, что в римской Северной Африке слово fundus подразумевало небольшой земельный участок, входивший в состав более крупного, обширного поместья, которое обозначалось словом praedium. Т. о., по мысли Д. Леграна, praedium — это большая агломерация, совокупность множества мелких земельных владений. С учетом позиции Д. Леграна мы можем предположить, что имение декуриона Сатурна включало в себя целую группу земельных участков, и один из этих участков был отведен для строительства некоего оборонительного сооружения. См.: Lengrand D. Les notables et leurs propriétés: la for mule “in his praediis” dans l'Empire Romain // RÉA. 1996. Vol. 98/1–2. P. 116.
[572] Casey P. J. Carausius and Allectus. The British Usurpers. London, 1994. P. 40; Scharf R. Die Kanzleireform des Stilicho und das römische Britannien// Historia. 1990. Bd. 39/4. S. 468.
[573] Minor Latin Poets / Ed. and transi, by J. Wight Duff and A. Μ. Duff. London, 1934. P. 451–452. Мы будем цитировать текст поэмы по этому изданию.
[574] Ibid. Р. 492.
[575] Casey P. J. Carausius and Allectus… P. 93.
[576] Conciles Gaulois du IVе siècle / Ed. par J. Gaudemet. Paris, 1977 (Sources Chrétiennes, no. 241). P. 60.
[577] Casey P. J. Carausius and Allectus… P. 32–33.
[578] Ibid. P. 33, 35, 79–81, 96, 98–99; PRLE I, p. 180–181, sv. Μ. Aur. Maus. Carausius.