Доктор Пышка для Героя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пусть. Так нужно. Так правильно. Броня — это не трусость, это инструмент, и я отлично умею

ею пользоваться. В этот момент в палату вошла Алина.

Легкая, свежая, с подносом в руках. Халат на ней сидел так, как сидит только на тех, кого

природа наградила без оговорок. Волосы убраны аккуратно, но одна прядь лежит вдоль шеи,

случайно или намеренно, я не взялась бы судить.

— Тимофей Александрович, я вам принесла, — улыбнулась она тепло, голосом человека, которому

улыбаться легко и приятно. — Вы вчера сказали, что обычный компот слишком кислый, вот я и

сделала по-другому, с мятой.

Она наклонилась чуть ближе, чем требовалось, поставила стакан на тумбочку. Я стояла рядом и

делала вид, что внимательно изучаю анализы. Хорошие анализы, отличные. Я перечитала одну и

ту же строчку три раза.

Видела все равно все.

Как она поправляет прядь светлых волос. Как открыто, без усилия улыбается, как смотрит на

него снизу вверх с тем выражением, которое не нужно объяснять ни одному мужчине на земле.

— Спасибо, Алина, — сказал Тимофей. Спокойно, почти дружелюбно.

Не грубо, не холодно, не тем усталым безразличием, с которым он реагировал на все лишнее.

Просто — спасибо, не «нормально». Как говорят человеку, который сделал что-то приятное и от

которого приятного ждут еще.

Это кольнуло. Остро, точно, прямо в то место, которое я три часа назад объявила закрытым на

ремонт. Закончила осмотр быстрее обычного. Закрыла карту, убрала ручку, повернулась к

выходу. Внутри все сжималось, и я очень хотела выйти прежде, чем это станет заметно.

— Марина Васильевна, — окликнул он.

Остановилась в дверях, не обернулась.

— У вас все в порядке?

Вот зачем он это спрашивает. Зачем именно сейчас, когда за моей спиной сидит Алина со своим

мятным компотом и своей невесомой молодостью.

— Нормально. Продолжайте выздоравливать Николаев.

Вышла, прислонилась уже к родной стене в коридоре. Щеки горели, но не от стыда, а от злости

на саму себя. Тупой, бессмысленной злости, которая не имела выхода и от этого была вдвое

тяжелее.