— Смогу! — так уверенно заметил Валера, что чародей засомневался.
— Ну ладно, — буркнул себе под нос. — Чур, потом не рыдать, что не получается!
— Обещаю, — честно поднял руку парень.
— В общем, есть разные методики постановки щитов, — начал объяснения чародей. — Кстати, будешь кофе?!
— Эм… ну, да, если не шутите, — Валерка с сомнением посмотрел на чародея. До этого за ним не водилось делиться едой и вообще играть в радушного хозяина.
— Всю ночь с коллегами совещались, так что я нуждаюсь в кофе, а раз ты тоже хочешь, то заодно и мне сваришь, — велел чародей и Валерка понял, что отравы в чашке можно не опасаться, потому что варить придется ему.
Он послушно приступил к священнодействию.
— Так вот, щиты… можно представить вокруг себя прозрачную сферу. Или непрозрачную, можно из камней, или хоть деревянную даже. В общем, что сможешь. И всё время держать на краю сознания этот образ. Поэтому я и говорю, что у тебя ничего не получится. Этому заклинанию учатся дольше всего, уж больно сложно постоянно думать об одном и том же, а перестал думать, так все и развеялось почти сразу.
— Ммм, понятно, — кивнул парень. — Значит, вы постоянно думаете о сфере вокруг себя?
— При обучении в школе — этот навык дается легче, — пояснил чародей, — мы любили друг над другом подшучивать и поскольку не все, кто зашел в школу, должны выйти из неё, то держать щит — это было вопросом выживания. Но и тогда полноценные щиты мы могли держать хорошо если через полгода — год.
— Ага, — Валерка честно представил вокруг себя кирпичную кладку, но, когда отвлекся на кофе, то словил от чародея обидный щелчок по лбу угольком. Валерка заменил кирпичную кладку прозрачной сферой, но она легко лопнула от щепки, запущенной чародеем.
Испытание не прошли и вязаный щит от бабушки, и деревянный короб, типа сортир, в котором даже мысленно находиться было довольно неприятно. Последний простоял дольше всего и пал от небольшого сучка, но со второго раза.
— Ладно, для первого раза пойдет, — произнес чародей после того, как Валерка вернулся к кирпичной кладке, и она выдержала аж три броска угольками. — Но я тебе сразу говорю, что это ерунда. Надо, чтоб твой щит не пропускал чужого злого умысла, иначе тебя просто зачаруют и всё, сама прибежишь и что угодно сделаешь. А такой, простой щит и обычным щитом можно изобразить. Незачем целый кокон городить.
— В смысле? — не понял парень.
— Ты же сейчас сферу вокруг себя выстраиваешь? Прикройся просто щитом, видела небось у воинов?
Валерка представил щит современный, для разгона демонстраций. И с ним испытания пошли лучше. Только надо было предугадывать, откуда чародей кинет в него чем-нибудь, и отбивать.
— Пойдет, — произнес чародей. — Кофе уже сварился. Давай сюда!
Он выхватил джезву и с наслаждением принюхался.
— А ментальный — это как? — спросил Валерка, тоже беря в руки кружку с полки.
— А это так, — чародей гадостно улыбнулся и щелкнул пальцами.
— Ммм, какой ты классный, — кто-то произнес за Валерку. Тот почувствовал, что теряет связь с реальностью, замер как кролик перед удавом, не в силах двинуться с места. Тем не менее, его тело двинулось вперед и прижалось к чародею.
Валерка почувствовал дыхание на своей макушке и грубоватую ткань чародейской рубахи под щекой. Где-то там, под рубахой шумно билось сердце, а его собственная кровь била набатом в ушах.
— Тебе нравится? — шепотом спросил чародей.
— Да, — сказал кто-то за Валерку. — Мне очень нравится быть живой.
Рука чародея провела ему по волосам, а после, очертив круг, легла на лицо и подняла его за подбородок, заставляя смотреть на него.
— Поняла? — шепнул чародей ему в нос. — Я могу с тобой что угодно сделать, и ты при этом будешь счастлива, сама будешь просить не останавливаться!
Рука парня дернулась, чашка из тонкого фарфора хрустнула, и боль, что пронзила руку, развеяла морок. Он моргнул и отпрянул.
— Ах ты, гнида, педофил проклятый!
Осколки упали на пол. Первый удар пришелся в солнечное сплетение, второй по печени, а третий, четкий, как на отработке на манекене, вписался в челюсть.
Чародей хрюкнул и отлетел в угол.