Дверь распахнули ногой, эффектно, как в фильмах про спецназ, и Валерка хихикнул. На него посмотрели с пониманием.
Сарай окружили, всех, кто в нем был, положили мордой в пол и настучали куда получилось, потому что спецназовской слаженности действий еще не было. Валерка пытался командовать, и его, конечно, слушали, но делали как получилось, а получалось чаще всего как попало.
— Ну и что тут у нас? — спросил Валерка, входя внутрь.
— Ммм, — подал голос разбойник, прихваченный с собой, и Валерка махнул рукой, что кляп можно вынуть.
— Все тут?
— Все, барыня, — кивнул разбойник. — А вон и заказчик, вернее, заказчица!
С массивной фигуры, крепко привязанной к табурету, сдернули мешок, и Валерка после непечатной тирады произнес:
— Тётушка? И впрямь ты?!
— Не виноватая, я, Лерочка, — выдохнула женщина и пустила слезу, — не ведаю, зачем я душегубцам этим, но ведь ты пришла спасти меня?!
— И как вы тут оказались? — Валерка сделал знак разбойнику, чтоб помолчал и снисходительно уставился на женщину.
Женщина потрясла нижней губой, потом подбородком и призналась:
— Не ведаю я, спала в своей постели, а очнулась уже здесь. Видать, похитили меня для утех плотских, тати мерзкие!
— Мне кажется, вы себе льстите, — обескураженно произнес Валерка, почесав затылок ухватом. — Впрочем, что я могу знать о разных патологиях?!
— Врет, — отозвался разбойник с пола. — Она сама к нам пришла, требовала вернуть деньги, потому что вы, барыня, всё еще живы!
— Это он врет! — вскричала тётка и затряслась еще сильнее. — Лерочка, ну кому ты поверишь? Грязному и мерзкому разбойнику или мне, твоей тётке, которая тебя с младых ногтей вскормила?!
— Хм, — Валерка подошел ближе и наклонился к тётке, — кормили вы меня, прямо скажем, отвратительно, а порой и вовсе забывали. Даже не знаю, кому из вас верить?!
— Лерочка, — по виску тётки стекла капля пота, — я же делала всё во имя тебя и веры!
— Какой еще Веры? — опешил парень. — Сеструху мою сводную точно не Веркой кличут. Я, правда, забыла как, но это потому что помнить о ней не желаю, а не потому, что у меня с головой проблемы, понятно?
Его люди истово закивали, к ним на всякий случай присоединился и разбойник.
— Что делать-то, барыня? — спросил Прохор. — Вязать всех супостатов и в темницу волочь? Стрельцов звать? Или просто порешим их всех?
— Лерочка, — всхлипнула тётка, — не бери греха на душу, не виновата я!
— В чем не виновата? — вздохнул парень.
— Ни в чем не виновата, — торопливо ответила тётка. — Не завидовала я тебе, что ты так жизнь свою хорошо устроила, не нанимала я разбойников, не поджигала я усадьбу, и воды в колодце я тоже не травила!
— То есть у нас еще и вода отравлена, — ответил Валерка. — Мило. А в каком именно?
Тётка поджала губы и зарыдала.
— Ты говорил, у тебя доказательства какие-то есть? — повернулся он к разбойнику. — Показывай!
Тот поелозил по полу и наконец признался:
— Письмо у меня за пазухой, ай-ай, аккуратнее, что ты делаешь?!
Письмо протянули Валере, и на минуту повисла тишина.
— Хм, — наконец он оторвался от увлекательного чтива: — ну, тут список покупок, рецепт какой-то. Судя по всему, похлебка какая-то с репой. И что именно оно должно доказать? Кстати, ошибок много. Тётушка, вы сами писали, или кто-то под диктовку?