Управляющий довольно улыбнулся.
Глава 28, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА НАПИРАЕТ на ПАТРИОТИЗМ и СТАЛКИВАЕТСЯ с ЛЮДСКИМИ ПОРОКАМИ
— Валера, проснись!
Парень проснулся рывком и попытался сесть, но вышло только подпрыгнуть. Впрочем, и это оказалось новым достижением. Он откинулся на подушку и помотал головой. Голова послушно моталась, сжал кулак, поднял руку и поднес к глазам. Рука поднеслась.
— Вот и молодец! — бесхитростно улыбнулась Ленка. — Я знала, что ты сможешь! Хоть врачи и говорили, что без шансов.
— А мне наоборот сказали, что шансы есть!
Ленка грустно улыбнулась.
Валерка опять поднес руку к глазам. Сегодня левая рука вела себя почти послушно, разве что мелкая моторика пока не давалась: кружку удалось зацепить с третьего раза, и то половину воды расплескал, пока напился. Ленка пыталась помогать, но выходило у нее бестолково.
— А у тебя как дела? Что нового?!
— Что у меня может быть нового, — пожала плечами девушка. — Вчера на физре отжимания сдавали. Ты же знаешь, как я ненавижу физкультуру. Еще эта наша препод, баба с веслом и на лыжах! Ой, блин, прости!
Валерка поморщился. Окружающие его люди пытались старательно его не волновать, и получалось только хуже.
— Ты же веришь, что я восстановлюсь? — напрямую спросил он.
Ленка отвела глаза и стала уверять, что конечно верит, что он станет еще круче, чем был, и вообще даже с одной рукой он самый лучший на свете.
— Хочешь, я тебя первый брошу? — напрямик спросил он. — Я всё понимаю. Найдешь себе нормального парня.
— Валера, ну, что ты говоришь! — всплеснула руками девушка и шмыгнула носом. — Хотела бы, уже сто раз бы нашла! Что за ерунду ты говоришь!
Он в бессилии стукнул кулаком по матрасу. Да, он нес чушь и не мог остановиться. Разве Ленка заслужила калеку?! Сколько его еще продержат на казенной койке?! В каком состоянии выпишут?! Кто будет выносить за ним горшки: мать, сестра, Ленка?! За что это им?!
«Ты всегда можешь это прекратить!» — шепнул ему внутренний голос. И это не был голос Лерки.
Парень помотал головой. Ну уж нет. Вот так вот просто он не сдастся, тем более сейчас, когда что-то начало получаться. Тем более, что было бы полным свинством самоубиваться в больнице, где врачи приложили столько усилий, чтоб его откачать.
— Не сегодня, — пообещал он вслух.
— Что? — Ленка опять повернулась к нему, потерла покрасневший нос, попыталась незаметно вытереть глаза, размазала тушь, но не заметила этого.
— Отжимания-то сдала? — спросил он.
— С третьего раза, — повинилась девушка. — Преподша пожалела просто. Но всю душу вначале вынула, бубнила и бубнила.
— Ясно, — вздохнул он.
Разговор не клеился. И санитарке с завтраком он даже обрадовался. Вначале. А потом понял, что кормить его будет Ленка, и опять стало неловко. Жидкая кашка, кисель. Неловкая помощь, отказаться было неудобно, а у самого орудовать ложкой пока не получалось. Он и так теперь лежал на мокрой подушке после попытки напиться.
— Вот и молодец! — похвалила его Ленка, когда последняя ложка каши оказалась съедена. — Я побегу, да?!
— Спасибо.
Девушка неловко чмокнула его в небритую щеку и убежала.
Потом были процедуры, и Валерка так устал, что опять уснул на них.
— Беда, барыня, беда!
«Ну, что там еще случилось?» — сонно пробормотала Лерка, и парень подскочил на кровати.