— Что тогда? Новое дело и опять все по кругу.
Марат не ответил. Патрульные с любопытством прислушивались к разговору. Елена отпустила его руку и пробормотала:
— Нам нужно поговорить. Не здесь, не сейчас.
— Тебя ждет подозреваемый, — напомнил Валеев и ушел.
Елена дождалась, когда за спиной стихнут его шаги, выпрямила спину, надела строгое лицо следователя и шагнула в палату.
К допросу Романа Щукина она подготовилась. Уже знала о его давних отношениях с Аленой Ланской и Игорем Рыковым, имела на руках результаты экспертиз, указывающих на его вину в двойном убийстве. Догадывалась о мотивах. Оставалось вытянуть признание в предыдущих убийствах двух актрис. Когда человеком движут любовь и ревность, лучшая линия допроса — дать ему возможность выговориться.
Щукин не стал скрывать очевидное.
— Да, мы любим Алену оба — и я, и Рыков. Мы оба добивались ее еще со школы. Алена давала знаки каждому: то приблизит к себе, то отдалит. Рыков был первым у нее, а я лучшим. Она стремилась ко мне чаще, чем к нему, в последние годы.
— То есть, вы знали, что Ланская изменяет вам с Рыковым?
— Это не измена! — возмутился Щукин. — Алена честная, она не скрывает своих отношений. Мы как бы соревновались, а она поощряла победителя. Алена обещала уехать со мной, родить от меня.
— Даже так? Ребенок — это главный приз?
Елена невольно примеривала чужую ситуацию на себя. У нее тоже двое мужчин, тоже бывшие одноклассники, каждый знает друг о друге и с обоими она делила постель. Вот только о соревновании и призе победителю речь не шла. А может, зря?
Когда Щукин выговорился и стал повторяться, Петелина подвела его к основным событиям:
— Вы часто ссорились с Рыковым из-за Ланской?
— Бывало.
— Что произошло в последнюю встречу? Кого вы убили первым?
— Убил? Я? — Щукин сжался в постели и подтянул к подбородку одеяло, словно пытался скрыться от действительности.
От врача Петелина знала: хотя пациент еще слаб, его жизнь вне опасности, — и не стала его жалеть.
— Я освежу вашу память. Вот фотографии с места преступления. Вы смотрите, не отворачивайтесь. Ланская задушена, Рыкову проломили голову. Оба находятся в вашей машине. Полюбуйтесь! А вот орудие убийства — монтировка.
— Я думал, это сон, — растерянно промямлил Щукин, рассматривая фотокарточки.
— В салоне «джипа-чероки», на руле, на монтировке ваши отпечатки пальцев. На вашей одежде кровь Рыкова. Как это произошло?
— Я не помню, — в голосе растерянность и беспомощность.
— Вы хотели убежать с Ланской?
— Да.
— Тайно от Рыкова?
— Да.
— А он обнаружил вас, вспыхнула ссора, и вы его убили. Проломили голову на глазах у Ланской. Девушка запаниковала, и вы, опасаясь, что она проговорится, задушили ее. Так?
— Нет, нет, — испуганно твердил Щукин.
— Вы действовали в состоянии аффекта, а когда осознали, что лишили жизни любимую девушку, не захотели жить. Сначала выпили клофелин, а для верности пустили выхлопные газы в салон. Вас спасли патрульные, заметившие подозрительный джип в необычном месте.
Петелина достала бумаги, стала читать.