Елена посмотрела. Заглянула она и в другие комнаты, придирчиво выискивая следы женского присутствия. Хотя, казалось бы, какое она имеет право ревновать бывшего, если сама давно живет с Валеевым, — но ничего не обнаружив, она почувствовала облегчение. Мама была права: Сергей перебесился.
— Хорошо устроился, — похвалила она и прищурилась: — И кто все это убирает?
— Домработница приходит. Стирает и гладит тоже.
Елена вспомнила ненавистные воскресные процедуры с пылесосом и утюгом и подавила вздох зависти: ей бы так. Они спустились в кухню. Уходить почему-то не хотелось.
— Я приготовлю тебе что-нибудь, — предложила она.
— Нам, — поправил ее Сергей, — ты тоже не ужинала. Но сначала мы позвоним Насте, надо объяснить наше отсутствие.
И опять он вспомнил о дочери раньше нее — настоящий заботливый отец. Елена набрала номер. Трубку взяла Ольга Ивановна.
— Настя сейчас в игре, а перед началом ей вручили значок мастера спорта. Где ты была?
— Я с Сергеем. Его ранили в руку, я привезла его домой. Но это не опасно, скажи Насте, что папа в порядке.
— Так ты у Сергея, — дошло до матери. — Любая рана опасна. Ты не должна его оставлять вот так сразу. Домой не спеши, я о Насте позабочусь.
— Спасибо, мама.
Елена стала изучать содержимое холодильника, чтобы приготовить ужин. Сергей нашел для нее фартук. И вновь ничего женского: это был стильный мужской фартук, из тех, что дарят в комплекте с дорогими шампурами. Он помог ей надеть его и долго завязывал тесемки сзади на талии, несколько раз коснувшись ее. Оба сделали вид, что неловкость вызвана его раненой рукой.
Пока Елена хлопотала у плиты, Сергей вернулся к столу и украдкой отключил ее телефон.
56
Сбежавшего от метро Петра Озерова по месту прописки не оказалось, разочарованный Валеев убрал пистолет в наплечную кобуру. Он действовал в паре с местным оперативником. Тот, не теряя времени, уже расспрашивал соседку. Настороженная женщина изучила удостоверение оперативника, ткнула пальцем вверх и перешла на шепот:
— У Катьки в сто пятой посмотрите. Озеров к ней заглядывает, когда у той муж в рейсе. Только не говорите, что я проболталась, — зашипела она вслед оперативникам, устремившимся вверх по лестнице.
В сто пятой квартире им открыла дверь плотно сбитая женщина в обтягивающей трикотажной кофточке.
— Гражданка Екатерина, на вас заявление от мужа поступило, — огорошил ее Валеев.
— Какое заявление? — выпучила глаза дама.
— Муж обвиняет вас в супружеской неверности. Требует выселить из квартиры.
— Что?! — Женщина с полминуты осмысливала услышанное, а потом взвилась: — Да он сам, кобелина, наградил меня гонореей! У него сколько рейсов — столько и девок! Он дальнобойщик.
— Хотите встречное заявление написать?
— И напишу! Я по врачам ходила, у меня рецепты остались на лекарства.
— Отличное доказательство, — похвалил Валеев. — Пишите, мы подождем. Наш сотрудник подскажет, что и как.
Он подтолкнул оперативника на кухню вслед за хозяйкой, а сам проверил комнаты. Никого. Бесшумно вернулся в прихожую и заметил, как поворачивается ручка ванной комнаты. Когда оттуда высунулась физиономия, соответствующая ориентировке, Марат дал волю рукам.
На шум прибежал напарник, оттащил Валеева от поверженного Озерова. Уже запихивая задержанного в машину патрульных, местный опер поморщился от вида разбитого носа и заплывшего глаза задержанного и проворчал:
— Рожу зря ему разукрасил.
— Не зря, а мало. Он напал на мою жену.
— Жену? — Оперативник хмыкнул: — Вообще-то по сводкам мужика ранили.
— У тебя есть сомнения? — надвинулся Валеев, извлек телефон из куртки и демонстративно нажал контакт «Елена Прекрасная». — Знаешь, кто это?