— Он вам через неделю надоест, будет клянчить новые приборы.
— Так вы нам и приборы из Москвы подбросьте.
— О, я думала, самый «скромный» человек — мой муж, а оказывается ему есть у кого учиться.
Сорин расплылся в довольной улыбке.
Устинов напомнил, глядя на Варвару:
— Нам нужен образец потожировых подозреваемого. Кто-то обещал достать.
Фамилия Холодова не прозвучала, но все догадались, что речь идет о нем.
— Ну, обещала, — Варвара взглянула на часы в телефоне. — Сейчас у Холодова закончится прием, я войду в его кабинет и заберу стаканчики, из которых он пил. Он сбрасывает их в урну под столом.
— Стаканчики из-под воды, — поморщился Головастик. — Не самый лучший материал.
— А что лучше, кровь? Сделаю. Расквашу ему нос и вытру платком. Так пойдет?
Устинов молча поднял брови: вот это да! Варвара окончательно приободрилась и обратилась к Петелиной:
— Елена Павловна, мне нужен чистый платок. У вас есть?
Следователь внимательно посмотрела на нее. Возбужденный взгляд красноречиво говорил, что остановить Варвару будет гораздо сложнее, чем разрешить ей действовать. Она решила взять паузу. Вспомнила, что должна принять лекарство. Сверилась с инструкцией Холодова, достала из сумочки нужную таблетку, отошла к кулеру с водой.
Варвара не отставала, тоже наполнила стаканчик и проглотила свою пилюлю.
— Я к Холодову? — спросила она.
— Лекарство от него?
— Как и ваши таблетки.
— Я покупала их в аптеке. А тебе, кажется, он лично выдал. Не боишься?
— Боюсь, когда они заканчиваются. Так я к нему?
Петелина протянула ей пачку салфеток.
— Насчет удара в нос — это серьезно?
— А есть возражения?
— Грубо, но эффективно. — Петелина присматривалась к Варваре, пытаясь понять, шутит она или нет?
— Могу чуть нежнее — проникающий поцелуй, и та же салфетка. Ваш Головастик разберется, где чья слюна?
— Широкий арсенал. Верю, справишься, — решила закруглить разговор Елена. — Подбрось меня в УВД и действуй.
Перед уходом Петелина оставила инструкцию по приему лекарств Устинову.
— Холодов передал мне бумагу из рук в руки. Изучи на предмет потожировых следов.
Эксперт скривился:
— Вы десять раз ее сворачивали и разворачивали. Да и время прошло.
— И все-таки.