– Грищук.
Студент осклабился:
– Это было круто! Я подумал, что если проверяющий загнется в вашей конторе, то вас точно разгонят. Через «жучок» я услышал о его аллергии на антибиотики и о любви к какао. А подсыпать антибиотик, пока я был в буфете, было несложно. Для тех, у кого нет аллергии, он безвреден. Грищук все-таки выкарабкался?
– На твое счастье.
– Мне теперь всё равно.
– Тогда расскажи, как ты поступил с Масловой.
– Какой Масловой? – насторожился студент.
– К чему скромничать, Белов? Маслова – наш эксперт. Ты проговорился о ней на квартире Валеева.
– Ничего не знаю! – Белов откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.
Елена представила, какой ужас испытала Светлана Маслова. Следователю хотелось сбить спесь с преступника, но она сдержала свой гнев. Эмоции сейчас лишь помешают ей. Петелина старалась говорить спокойно.
– Белов, в этот раз ты выбрал неверную цель. Маслова дала экспертное заключение о том, что на многих договорах вместо подписи твоей матери использовали ее факсимиле. Ты подслушал мой разговор с Валеевым. И поехал за ним, чтобы не дать уничтожить настоящие результаты экспертизы. Мы взяли тебя с поличным. Теперь глупо отпираться.
Студент недоверчиво посмотрел на следователя:
– Почему же тогда в суде огласили другие выводы? Где настоящие результаты экспертизы Масловой?
– Богданов подкупил следователя, и тот подделал акт экспертизы. Вот копия, сохранившаяся в базе данных. Посмотри выводы на последней странице.
Белов дважды пробежал взглядом текст заключения и вернул документы Елене. Его глаза сузились, словно он увидел перед собой новую цель.
– Значит, все-таки Грищук. Не зря я его… Жаль, выкарабкался, гад.
– Твоя месть не достигла цели.
– Почему?
– Богданов не очень-то скорбит о смерти дочери. Его больше волнует потеря денег, которые мы вынуждены будем ему вернуть.
В глазах Белова вспыхнул гнев. Он нервно потер подбородок и наклонился к Петелиной, чтобы предложить:
– Давайте договоримся. Я во всем признаюсь – только посадите Богданова и Грищука. Они должны ответить!
– Я обещаю, что мы возбудим против них уголовное дело и каждый получит по заслугам, – ответила Елена.
– Засадите их надолго. Пусть сдохнут в тюрьме!
– Я дала слово, что доведу дело до суда. Теперь твоя очередь. Ты решил отомстить Масловой из-за экспертизы?
– Тогда я не знал всей правды. – Белов ткнул пальцем в копию экспертного заключения, лежавшего на столе.
– Расскажи, что произошло с лифтом, когда там находилась Маслова?
– Еще не догадались? – вновь зарделся от гордости Белов. – Я же говорил, что и не такое могу.
– Готова выслушать рассказ о твоей гениальности.
– Исходная информация: Маслова забирает ребенка и возвращается домой в восемнадцать тридцать. У них на этаже еще две квартиры. В одной проживают старые пенсионеры, в другой – офисный клерк. Дальше дело техники и моего мозга. Я понимаю, что пенсионеры после пяти вечера всегда дома, а офисный планктон возвращается поздно. Вывод – первый, кто откроет лифт на девятом этаже после шести вечера, это Маслова! Разве не так?
– Логично. И что из этого следует?