«Да что я делаю? Он же нарочно меня злит, а я поддаюсь. К черту эмоции! Я должна быть сдержанной и рассудительной. Грищук пусть поступает, как хочет, а я – ради погибшей Леры – обязана докопаться до истины, найти и наказать виновного. А там пусть хоть с должности снимают».
Выдержав паузу, Грищук продолжил:
– Обижаться глупо, Елена Павловна. Я всего лишь выполняю свою работу.
– Я тоже. Я верю, что нами обоими руководит желание добиться справедливости.
– Наивная! Нами руководит генерал! – Подполковник повысил голос и тут же перешел на вкрадчивый тон: – И он намекнул, что рапорт о добровольной отставке в сложившихся обстоятельствах поможет избежать многих проблем.
– Я намеки, тем более в пересказе, не воспринимаю.
– Тогда ждите приказа. Думаю, там будет не только ваша фамилия, но и фамилия вашего покровителя Харченко. Пора ему уступить свой кабинет.
– И кому же? – с вызовом спросила Петелина.
– Уж конечно не вам, – усмехнулся Грищук. – Есть более достойные кандидатуры.
Он приосанился, и Елена поняла, что самая достойная кандидатура находится перед ней. Она представила Грищука в качестве своего непосредственного начальника, и ей стало дурно. Уж лучше рапорт об отставке.
– Не дождетесь! – процедила следователь, глядя в глаза Грищуку.
Щеки проверяющего побагровели. Он понял, что Петелина прочитала его мысли.
39
Иван Майоров никогда не понимал тех, кто мог часами сидеть, уставившись в компьютер. Так и зрение испортишь, и геморрой наживешь. Современная молодежь даже в транспорте не может обойтись без Интернета. Уткнутся носом в свои гаджеты, пальцы бегают, как у пианистов, в глазах эмоции, словно перед ними живой собеседник, губы то сжимаются от обиды, то растягиваются в самодовольной улыбке. Ни дать ни взять, подсажены на Интернет, как наркоманы.
Глядя на них, Ваня только усмехался свысока. Больные люди. Он не такой. Какого лешего он там забыл?! Новости спорта узнать еще туда-сюда. А настоящая жизнь – вот она, за порогом дома, за окном автомобиля, за желтой лентой полицейского ограждения у «тепленького» трупа. Работая опером в «убойном» отделе, не соскучишься.
Однако публикация об избиении студента Белова заставила Ваню изменить отношение к виртуальной реальности. Оказывается, Интернет – тоже часть жизни, да еще какая! Это не пустая болтовня по принципу: сказал и забыл. Это даже не газета, которая через день закончит свой путь в корзине для мусора. Слово в сети остается навечно. Египетские пирамиды превратятся в прах, а сочинение борзописца Бориса Бойцова успешно сохранится в виде набора нулей и единичек в каком-нибудь электронном архиве.
И это еще полбеды. Каждый урод может не только прочитать его опус, но и добавить свой язвительный комментарий! Иногда такое напишут – так и тянет найти сочинителя, прижать его в темном месте к холодной стенке и спросить: ты дебил или как?
Но где там! Каждый из них прячет свое имя за безликим «ником». Особенно Ване запомнился некий Бумеранг. Он походил на пожарного, у которого из брандспойта хлещет бензин. Комментарии Бумеранга только разжигали огонь ненависти к правоохранительным органам.
Теперь, как только появлялась возможность, Иван Майоров входил в Интернет и нервничал – что нового написал журналист Бойцов? А тот обновлял свой блог регулярно. И во лжи его не обвинишь. Бойцов опирался на правдивые факты, но акценты расставлял так, что вывод напрашивался сам собой: в Следственном комитете работают тупые садисты, готовые посадить любого ради галочки в отчете об успешной борьбе с преступностью.
Прочитав последнюю публикацию Бойцова, раздосадованный Майоров выскочил в коридор. Валеева рядом не было, а выплеснуть возмущение нужно было немедленно.
К своему удивлению Ваня столкнулся с Галей Нестеровой. Любимая девушка вспыхнула от радости, взяла его под руку и нежно заглянула ему в глаза:
– А я тебя ищу.
– Ты что здесь делаешь? – застыл в недоумении Майоров.
– Сюрприз, – мило улыбнулась Галя, растягивая слоги.
– Какой еще сюрприз?
– Я! Ты чего? Я думала, ты обрадуешься.
– Я жутко обрадовался, – согласился Ваня, но его лицо по-прежнему оставалось каменным.
Посвящать подругу в служебные проблемы ему не хотелось. Если Галя узнает, что ему грозит увольнение – ее хватит удар. Они же решили пожениться, когда Ване присвоят капитанское звание. Эх, он не только майором, даже капитаном не станет!
– Надо было документы из нашего УВД в Следственный комитет передать, и я вызвалась, – объяснила Галя.
Майоров промолчал. Доставлять документы из одного ведомства в другое как правило поручали оперативникам, но бывало, что это делали и другие сотрудники. Специальные курьеры для этих целей предусмотрены не были.