Но внутри себя уже бил кулаком об стену. Ты что несёшь, мудила? Ты же её ждал. Ждал, как наркоман дозу!
Меня бросило в жар. Пот прошиб по спине. Холодный, мерзкий.
— Джейкоб, познакомь меня с ней, — спокойно, будто невзначай, сказал Крис. А у меня руки свело в кулаки.
— Здесь полно девушек. Чего ты прицепился? — раздражённо отрезал Джейк.
— Да ты только глянь на неё. Таких женщин не бывает. Я обязан узнать, какая она. Познакомь меня, брат!
— Ты заебал, — фыркнул Джейк. — Ты подросток, что ли?
Он снова взглянул на меня, словно ждал реакции. А я?
Я просто отвернулся. Тупо. Слабо. Беспомощно.
Джейк усмехнулся.
— Ладно. Будет тебе знакомство. Но…
Он замолчал, потом шагнул ближе и процедил:
— Только попробуй её обидеть — и я лично тебе яйца удалю. Без наркоза.
— Понял-понял, не ссы, — Крис вскинул руки и засмеялся.
Я наблюдал за ними, как за чужими актёрами в постановке, которую не могу ни остановить, ни переписать. Джейк и Крис направились в сторону Тессы. Я видел, как Джейк окликнул её, она обернулась — и её взгляд скользнул по залу, прежде чем встретиться с моим.
На мгновение.
Между нами пролетела искра, дикая, напряжённая.
Она улыбнулась, и тут же повернулась к Крису, будто ничего не произошло.
А я…
Я, чёрт возьми, понял, что только что сам отдал её в руки другому. Женщину, из-за которой мои ночи стали пыткой. Которая своим голосом выдёргивает меня из темноты. Которая врывается в мои мысли, как гроза, и разносит все мои границы.
А теперь она стоит там — смеётся, улыбается, и кто-то другой рядом.
А я… Я только что отрезал себя от неё. Собственными словами. Своим "не в моём вкусе".
Поздравляю, Александр. День рождения в стиле трагикомедии. В главной роли — ты сам.
Глава 16. «Первый глоток яда»
-- ~ Александр ~ —-
Этот вечер, мать его, будто устроен, чтобы вытащить из меня всё дерьмо, что я так долго сдерживал. Всё. До последней капли. До последнего нерва. До последнего остатка хладнокровия, на котором держалась моя грёбаная выдержка.
Я сам дал зелёный свет Крису.
Я.Своими руками. Своими словами. Отдал её. Тессу.
А теперь я сижу в этом долбаном кресле — неподвижный, парализованный, злой — и наблюдаю, как она танцует.
Сначала с Грейсоном.
Его ладонь лежит у неё на талии.