Мне вдруг стало тесно в этом роскошном зале. Воздух как будто стал тяжелее. Я отвела взгляд в сторону, а взгляд мой — снова упал на Александра.
Он откинулся на спинку кресла, с лёгким безразличием на лице, глядя на нас через край бокала. Внешне — полное спокойствие, но в его глазах — всё, что нельзя было скрыть. Ревность леденела воздух, её можно было почувствовать.
--------
Дорогие мои, благодарю за ваше внимание, за каждую звёздочку, каждый комментарий и просто за то, что вы здесь. Добавляйте историю в библиотеку, если хотите быть с ней до самого финала, и не забудьте подписаться — впереди много интересного. А я, как всегда, пишу с любовью — для вас. Крепко обнимаю!💋
--- ~ Александр ~ —-
Тридцать три.
Число Христа, возраст, когда по идее должен быть уже на пике: успешный, уравновешенный, с женой, парой наследников и чётким планом на жизнь.
Ага. Мечтай, Уинтерс.
Ровно три года назад в этот день я планировал ужин при свечах с женщиной, которую собирался сделать своей женой. Мы собирались открывать новые офисы в Европе, ехать в свадебное путешествие и… чёрт, я собирался бегать по утрам. А сейчас? Я сижу в инвалидной коляске, с виски в руке, и наблюдаю за лицами, которые мне почти все безразличны.
Ресторан оформленный в благородных тёмных тонах, освещён хрустальными люстрами, отражающимися в бокалах и нарядах гостей. Кто-то смеётся, кто-то строит карьеру за тостами.
Улыбки гостей, официанты, блеск бокалов, брендированный торт — всё под контролем.
Кроме моего ебучего настроения. Я смотрел в бокал, как в пустоту. Джек Дэниэлс — единственный, кто сегодня не врёт.
Вся эта мишура с фуршетами, официантами и пафосом — не для меня. Я бы с радостью сорвался домой, закрылся, снял пиджак, к чёрту этот галстук, и ушёл в ночь с бутылкой.
Я сижу у панорамного окна, наблюдая, как за стеклом медленно гаснет закат. Город сверкает огнями, а я хочу, чтобы кто-то просто выдернул вилку из розетки и обесточил весь этот грёбаный вечер.
Но я ждал. Сука, я ждал её.
Каждые пять минут ловил себя на том, что опять сканирую зал.
Какой-то голос внутри ржал надо мной:
"Думаешь, она придёт? Она тебе кто вообще, Алекс?"
Я злился. Серьёзно. На себя, на неё, на этот вечер, на этот галдёж. Джейкоб, конечно, не мог не заметить.
— Ты чего такой дёрганый сегодня, Алекс? — спросил, прихлёбывая виски.
— Всё нормально, — отрезал я, чувствуя, как челюсть хрустит от напряжения. — Я просто устал.
— Если это "нормально", то я — монах.
Усмехнулся, скользнув взглядом по залу.
К нам подошёл Кристиан. Старый друг, врач от Бога и постоянный моралист. Он всегда был тем, кто лечит, спасает, а теперь ещё и следит за моими показателями, как мать-наседка.
— С днём рождения, дружище, — хлопнул по плечу, влезая в личное пространство.
— Спасибо, — буркнул я. — Ты мрачнее, чем морг ночью. — Обычный день, — фыркнул я, убирая руку с плеча.
— А ещё — раздражительный, — добавляет Джейк. — Особенно когда ждёт одну конкретную женщину.
— Уймись, — рыкнул я. — Это не имеет значения.
— Конечно. И именно поэтому ты пялишься на дверь каждые двадцать секунд.
Я отворачиваюсь.