Сон улетучивается, оставляя после себя ломающее изнутри желание.
Мамина рука на моём плече, встревоженный взгляд.
— Сынок, проснись!
— О боже, Виктория, оставь его в покое! Сейчас он проснётся, — голос отца, раздражённый, властный.
Отец стоит рядом, смотрит на меня с непроницаемым выражением.
— Что случилось? — мой голос хриплый, наполненный сном и остатками того, что я только что пережил. — Почему вы здесь так рано?
— Ты не отвечал на звонки, и мама сильно переживала, поэтому мы здесь, — объясняет отец.
— Александр, ты заболел? Ты такой бледный. Нужно вызвать врача, Уильям, — запричитала мама.
— Мама, не нужно. Со мной всё в порядке. Успокойтесь! — рычу я. — Просто… дайте мне минуту. Вы не против?
— Да-да, сынок, — мама хлопочет вокруг, как обычно. — Мы ждём тебя в гостиной.
Как только дверь закрывается, я откидываюсь на подушку и тяжело выдыхаю.
Этот сон… он был слишком реален.
И, чёрт возьми, я хотел бы вернуться в него снова.
Я закрыл глаза, пытаясь снова утонуть в этом проклятом сне. Там, в той иллюзорной реальности, Тесса смотрела на меня с теплом, её пальцы едва ощутимо касались моей кожи, будто я — не сломанный мужчина, а тот, кто способен стоять рядом с ней.
Но, чёрт возьми, этого не случится.
Всё это — ложь.
Резкий гул в висках вернул в реальность. Чёрт, снова это ощущение — разрыв между тем, чего я хочу, и тем, что никогда не получу.
Протянув руку, я нащупал кнопку звонка. Почти сразу дверь отворилась, и в комнату вошёл Арчи.
— Доброе утро, мистер Уинтерс.
Доброе? Какое нахрен доброе?
— Вам помочь?
— Нет. Накрой завтрак для родителей.
— Да, сэр.
Когда он ушёл, я провёл рукой по постели, словно проверяя, был ли кто-то рядом. Конечно же, нет.
Ещё бы.
Всё, что мне хотелось, — это снова оказаться там, среди зелёной лужайки, с её рукой на моей груди. Хотелось снова услышать её смех.
Я сжал пальцы в кулак.
Почему именно она? Почему сейчас? Словно судьба смеётся мне в лицо, издеваясь над тем, чего я никогда не смогу иметь.
Грудь сдавило, злость вспыхнула мгновенно, толчком. Сон — всего лишь иллюзия, но, проснувшись, я ощущаю себя ещё беспомощнее, чем прежде.
Я поднялся, цепляясь за поручень, и, перетянув своё бесполезное тело в кресло, направился в ванную.