Я смотрю в экран.
И сам себе отвечаю. Почему?
Ладони сжимаются в кулаки.
Как ей сказать, что я хотел гораздо большего? Что я до сих пор хочу большего?
Потому что её губы созданы для моих поцелуев.
Потому что хочу сорвать с неё всю эту правильность, воспоминания о долге, семье, традициях. Потому что хочу быть последним и единственным мужчиной, которого она познает.
Нет.
Я не могу этого написать. Не имею права.
Поэтому отвечаю коротко.
"Захотел."
В этих словах — всё, что я могу ей дать сейчас.
И всё, что я боюсь ей дать. Потому что, если она сделает хоть шаг навстречу… Я не смогу остановиться. Она молчит. И пусть. Но я всё равно думаю о ней. Думаю о том, как она смеётся. Как говорит, переводя взгляд. Как вздрагивает, когда я приближаюсь. Она пробирается ко мне под кожу. И я ничего не могу с этим поделать.
Я хочу её.
Но не могу позволить себе этого. Мир слишком грязный, чтобы верить в чистоту чувств. Она хорошая. А я слишком испорчен, чтобы её заслужить. Но если бы она сказала "да"…Я бы продал душу, чтобы снова испытать, как её губы дрожат под моими. И даже чёртово кресло не помешает мне доказать ей, что я всё ещё мужчина. И что она будет моей.
Сижу в полумраке, разглядывая отражение в стекле.
Кто этот человек, смотрящий на меня? Мужчина, который потерял всё. И который готов на всё, чтобы получить её. Тессу. Мою Вишенку. Не могу позволить. Но не могу и отказаться.
Я снова наливаю виски, медленно обхватывая стакан ладонью.
Телефон молчит. Но внутри меня война. Между тем, кем я был. И тем, кем становлюсь рядом с ней.
После самобичевания и внутреннего противоречия я отправился в душ. Долго просидел под ледяной водой, надеясь, что холод заглушит кипящий внутри пожар. Не помогло.
Взобрался на кровать, раскинул руки, уставился в потолок. Сон не шёл, мысли сводили с ума.
Но стоило мне закрыть глаза, как реальность растворилась.
Тёплый воздух. Запах свежей травы, цветов, влажной земли после утренней росы. Солнце приглушённое, нежное.
Я стою босыми ногами на лужайке, зелёные стебли щекочут кожу.
Босыми.
Осознание приходит не сразу. Но когда я понимаю, что чувствую ноги, что могу ими двигать, что я стою — настоящий, цельный, а не прикованный к чёртову креслу — мне хочется засмеяться.
Ага. Мечты космонавта.
Часть мозга всё равно помнит, что мои ноги бесполезны. Но чувствовать это — что-то из ряда фантастики.
И вместе с этим я ощущаю что-то другое.
Лёгкое прикосновение.
Вижу, как по моей груди скользит чья-то рука. Женская. Нежная, маленькая. Она гладит, выводя узоры, заставляя кожу отзываться на каждое прикосновение. Горячо.