Очень приятно, Царь! Блюдо второе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не совсем. Думаю, название мы объявим, как только вы попробуете. — улыбнувшись, ответил я: — Мы решили отойти от имеющихся правил и рецептов. И представляем вам, по сути, классическое, но в тоже время — уникальное блюдо. Приятного аппетита!

— Хм-м… Несмотря на очень яркий и аппетитный аромат, мне кажется, что вы переборщили с сырами. — с ехидством заметил Немиров: — Совсем не совпадает с тем, что мы делали в сообществе. И сильно сомневаюсь, друзья мои, что ваша а-ля «Четыре сыра» справится с идеальной «Маргаритой» Господина Силуянова. А рецепты на то и рецепты. Им необходимо следовать.

— Мне показалось, или я услышал нотки предвзятости? — Милорадов с подозрением зыркнул на куратора сообщества итальянской кухни: — Если я сейчас пойму, что ты пропихиваешь Главу своего «кружка по интересам», то незамедлительно призову Главу студсовета. Ты понимаешь, о чём я. Прекрасно понимаешь.

— М-м-м… — Немиров недовольно фыркнул и отвернулся: — Это всего лишь моя оценка по аромату. Мы же ещё не приступили к дегустации?

— Ну, вот и не наводи суету, Агафон. Пробуй! — Вексен переложил кусочек лопаткой к себе на тарелку: — Да. Я согласен, что по аромату она немного отличается от привычных сырных пицц. Но, кто сказал, что всё должно идти по правилам?

— Согласен. — кивнул я: — Мы решили модернизировать уже существующую пиццу. Но подошли с креативом. Ибо очень хотели рассказать вам свою историю.

— Кхе… — усмехнулся Силуянов: — История? Какая глупость… Еда создана для того, чтобы быть изысканной и идеальной. Она воплощает красоту! А не эти ваши… истории.

— Не переживай. Мы тоже оставили пару кусочков для тебя. — Колян вручил Эдику тарелку: — И мы тоже хотим показать, какая пропасть между нами и тобой.

— Вздор. Я не буду это… — наш визави принюхался и попытался скрыть свою заинтересованность: — Да не… Я не буду это пробовать. С ума сошли?

— Что ж, но, а мы приступим к дегустации. — Марика сперва взяла нож и вилку, но затем взглянула на Милорадова. Тот отложил приборы в сторону и взял кусок руками.

— Приятного аппетита. — скромно произнёс он.

Остальные арбитры последовали примеру Вексена и тоже взяли кусочки руками.

— Какая дикость… — хмыкнул Эдик и отрицательно покачал головой: — Но, вероятно — это из жалости к первогодкам. Не думал, что арбитры и на такое способны.

— Помолчи. — строго произнёс Немиров: — Просто — помолчи хотя бы сейчас.

Весь зал погрузился в тишину.

Арбитры сидели с закрытыми глазами и продолжали есть пиццу, радостно улыбаясь. Даже бандитское и вечно хмурое лицо Вексена Милорадова выглядело невероятно счастливым!

Никаких комментариев. Хотя нам с Коляном всё было понятно и так.

— Победитель определён. — судьи разделили последний кусочек и быстренько доели его: — Единогласно!

— Хех… Что я и говорил, парни. Вам слишком далеко до меня. — улыбнулся Силуянов.

— И победителем второй официальной кулинарной дуэли в этом учебном году становится наш… — Энтони выдержал драматическую паузу, поскольку дроны всем роем полетели к нему: — … восхитительный дуэт первогодок!!!

— ЧТО⁈ — Эдик с непониманием смотрел на огромный монитор, а затем перевёл взгляд на судей: — Как это понимать⁇!!

— А что тут понимать? — удивился Милорадов, продолжая довольно улыбаться: — Просто попробуй. Ты позаботился о парнях. И парни позаботились о тебе. Давай!

— Но… Я же…

Всё внутри Эдуарда обрушилось в одно мгновение. Он не мог… Нет, он не хотел принимать своё поражение! Жалкие дворняги… Да, как они посмели⁈

Госпожа Симонова поднялась со своего трона и показала жест в виде двух скрещенных пальцев. Это означало только одно — Эдуард больше не Маршал.

Кинув на прощание презрительно-разочарованный взгляд, Амелия поспешно покинула свою ВИП-комнату.

В животе похолодело. А снизу груди заныло то крайне неприятное чувство. По венам Силуянова струились безысходность и отчаяние… Богиня навсегда покинула его.

Несправедливо! Нет… Надо вызвать Главу студсовета!

Но чтобы её призвать — необходимо попробовать… Попробовать, что эти два пса накошеварили.

Подойдя к вражескому столу, Эдуард вооружился вилкой и ножом, а затем с большой неприязнью отрезал себе первый кусочек.