Книга об американской поэзии: читать начало книги онлайн

Стоит напомнить, что стиль Шекспира во многом обусловлен театральной практикой его времени. Тогда зрители ходили «слушать пьесу», а не «смотреть». Сила, звучность и экспрессивность речи определяли впечатление от спектакля. А публика была смешанная, но не такая уж неподготовленная, как нам кажется. Англичане того времени регулярно слушали проповеди, читали торжественные прокламации властей. Риторику, то есть искусство говорить убедительно, изучали в начальной школе. Умение читать и писать стихи было частью образования джентльмена, но оно распространялось и на низшие слои общества. Язык еще не застыл окончательно, поэты и драматурги постоянно с ним экспериментировали.

Публике Шекспира нравилось, что сценическая речь, доставляя удовольствие своей звучностью и складностью, в то же время не «текла сама в рот», а требовала встречного усилия для понимания. Такова и речь Эмили Дикинсон. Она рассчитывает на интеллектуальное удовольствие читателя – удовольствие от понимания. Она делает драматические остановки внутри строки, готовит новую фразу – и, наконец, поражает внезапным поворотом, неожиданным образом или словом. Она разыгрывает свое стихотворение как мини-пьесу. Вот пример.

Ясно, что восклицание «Отец!» должно произноситься совсем с другой интонацией, чем «Грабитель» и «Банкир». Тут автор одновременно и режиссер, и актер.

Еще о метафизиках

Мне кажется, можно говорить и о влиянии на Дикинсон некоторых поэтов XVII века, принадлежащих к метафизической школе Джона Донна. Самого Донна она, по-видимому, не читала; это неудивительно – в XIX веке его настолько забыли, что он совершенно выпал из популярных антологий поэзии. Но в этих антологиях оставались его подражатели и последователи, от Герберта до Уоллера. Такие признаки метафизической школы, как характерная тематика (смерть, Бог и т. п.), обилие абстрактной лексики, причудливые сравнения, взятые из науки и философии, нетрудно обнаружить и в поэзии Дикинсон.

Достаточно сказать, что в ее стихах критики насчитали более 200 (двухсот!) научных терминов из самых разнообразных областей знания: философии, юриспруденции, биологии, геометрии, астрономии, математики и так далее. Например:

Поэты часто врут, когда касаются естественных наук, но Эмили Дикинсон совершенно точна. Напомним, что такое экспонента. Это функция вида е в степени ах (еах), иначе говоря, это – функция, растущая в геометрической прогрессии и удваивающаяся через каждые n дней, где (как можно легко показать) n = 1/a log2. Но ведь жизнь и есть самовоспроизводящаяся форма материи, умножение которой (размножение) определяется геометрической прогрессией, а любовь – инструмент этого процесса. Так что здесь Эмили глядит в корень. Хотя к ней тоже можно отнести упреки Джона Драйдена поэтам-метафизикам: они «засоряют головки дам сложными философскими умозрениями, когда ему следует обратиться к их сердцам, дабы увлечь их нежностями любви».

Говоря о метафизической поэзии, упомянем прощальные «Стихи, завершающие книгу» Эдмунда Уоллера (1606–1687), которые Эмили вспоминает в одном из писем: «Лачуга Души, обветшав, сквозь щели, проделанные временем, пропускает иной, новый свет». Образ совершенно дикинсонский. Вот как это место звучит в современном переводе:

В другой раз она цитирует знаменитое стихотворение позднего метафизика Генри Воэна (1622–1695). «Они ушли туда, где вечный свет», в котором поэт мучительно вглядывается в Небеса, чтобы увидеть там своих ушедших друзей:

Сравните с этими строками такое четверостишие Дикинсон:

Мы вновь убеждаемся, что поэт, в каком бы захолустье времени и пространства он ни жил, никогда не одинок. Он вступает в диалог с другими поэтами – нередко через головы современников обращаясь к далеким предшественникам, с которыми ощущает родство. Как захворавший кот, он инстинктивно находит среди многих трав именно ту целебную травку, которая ему нужна. Так Эмили Дикинсон нашла Шекспира и поэтов-метафизиков, которые укрепили ее и помогли построить свою, совершенно оригинальную, поэтическую систему.

Глава третья. Роберт Фрост

Чтоб вышла песня

Желтоголовая славка

Вспоминая зимой птицу, певшую на закате

Врасплох

Шум деревьев

Тяга земная

Остановившись на опушке в снежных сумерках

«Out, out…»

Огонь и лед

Хохлатка-лауреатка

Один

Важная крапинка

Статьи

Фрост в Англии

Как известно, поэзию Роберта Фроста признали сначала в Англии и только потом в Америке. Так что интуиция его не подвела, когда 1912 году он решил вместе семьей переехать из Новой Англии в старую – чтобы сменить обстановку и глотнуть другого воздуха. Именно здесь, в Лондоне, уже в следующем году у тридцатисемилетнего Фроста вышла его первая книга «Прощание с юностью», состоявшая из давно написанных стихов, наполовину – еще до 1900 года.