— Вас ждали только завтра, — отчеканила Анна-Мария, наконец придя в себя. — Но хорошо, что удалось вырваться пораньше. Сегодня будет первая съёмка.
— Ка-ак всё серьёзно, — наигранно отшатнулся Рик. — Мурашки от твоего голоса по всему телу… даже там, ну, ты поняла… Это новый тренд — изображать робота? Честно скажу, больше напрягает, чем заводит.
— Семья в столовой, — почти процедила девушка, теряя последние остатки самообладания.
— Это отличная новость, — Рик ласково провёл по щеке помощницы пальцем. — Пойду, позавтракаю. Кофе на заправках то ещё дерьмо, во рту привкус жжёной газеты.
Он отсалютовал девушкам и направился в столовую.
— Это кто? Хозяин? — донёсся в спину вопрос одной из служанок.
— Его заблудившийся сперматозоид! — не оборачиваясь, крикнул Рик и свернул в короткий коридор.
В голову закралась шальная мысль, что если бы его сейчас видела Мария, обязательно закатила бы глаза так презрительно, как только она одна умеет. От возникшей перед глазами картины стало смешно. Мелкая язва и сама не знала, как помогает снять напряжение и охладить тлеющие угли под его личным адским котлом.
Семья Конти в полном составе завтракала. Столовая утопала в неуютной тишине, нарушаемой лишь звоном приборов о тарелки. Рик коротко выдохнул, успокаивая вмиг разогнавшуюся сердечную мышцу, сжал и разжал кулаки и распахнул двери.
— Приветствую высокородное семейство, — сухо кивнул он, заходя в столовую.
Отец полоснул по нему холодным взглядом, сестра оторвалась от телефона и расплылась в саркастической улыбке, а мать… Звякнув о блюдце тонкой фарфоровой чашкой, она медленно встала.
— Сынок?..
В её голосе слышался вопрос, и Рик… раскрыл объятия, убеждая себя, что просто очень хочет позлить отца. Но когда женщина кинулась ему навстречу и обхватила за талию, он вдруг ощутил, как внутри, под маленькими женскими ладонями, дало трещину толстое стекло.
— Ребёнок, какой же ты стал…
— Проходи и садись, сын, — попытался вмешаться отец. — Журналисты приедут через час. У нас мало времени.
— Ты не забыл, что я срать хотел на твоих журналистов и их тайминг? — огрызнулся Рик, крепче сжимая хрупкую фигуру матери.
— Я и забыл, что к нам пожаловала звезда эстрады, — сухо усмехнулся отец, непрозрачно намекая на обстоятельства, заставившие Рика участвовать в паршивом спектакле.
— Именно, — кивнул парень. — Даже райдер есть, хочешь озвучу? Пункт первый — иди в задницу.
— Сынок, — погладила его по спине мать. — Проходи, давай поедим. Альберто сказал, что ты учишься в консерватории? Я так рада за тебя, дорогой. Ты ведь хотел…
— Пять лет назад, — уточнил Рик, закрывая тему. — А что на завтрак?
Они с отцом всего на несколько секунд скрестили взгляды. Бах… и ничего не произошло. Старик явно желал прикопать его где-нибудь на заднем дворе, но имидж, такой имидж. Раунд остался за Риком.
Вселенная снова пришла в движение, наполнилась запахами еды и бессмысленными разговорами ни о чём. Неловкие вопросы, скомканные ответы. Они не виделись много лет, изменились и обрели отдельную друг от друга реальность, а сейчас очень сильно старались благополучно пережить совместный завтрак.
— Господин Конти, — в дверном проёме появилась Анна-Мария. — Журналисты приехали.
Чтобы не предложить помощнице отметиться на семейном фото, Рик ощутимо прикусил щёку изнутри. Присутствие матери заставляло думать о последствиях сказанных слов. Он даже не подозревал, что способен на такой подвиг — думать о ком-то, кроме себя. Интересное и во всех смыслах отвратительное открытие.
— Даже носик припудрить не успел, — Рик усмехнулся и поднялся из-за стола. — Вот дерьмо!
— В своей комнате ты найдёшь одежду, — в голосе отца чувствовалось едва заметное раздражение.
— Ты сохранил мою комнату такой, какой я её оставил? — Рик наигранно приложил руку к груди. — Это трогает сердце, папа.
— Ты здесь не живёшь? — удивлённо спросила Ромина.
— А он не сказал? — Рик вопросительно изогнул бровь и повернулся к отцу: — Что так, папа?
Конти-старший стиснул зубы, готовясь выглянуть из-за ширмы ледяного спокойствия, но Рик опередил: