Преподавательская работа в Алма-атинском Высшем пограничном командном училище (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Посещая 1-ю, 2-ю, 3-ю и 4-ю пограничные заставы Кушкинской пограничной комендатуры, я заходил в комендатуру, поднимался на гору, где установлен царский крест с надписями (о годе установки). Населенный пункт Кушка, - самая южная точка территории бывшего СССР, но, как все считают, и самая жаркая. Но это совсем не так. Будучи в июле месяце на 2-й и 3-й пограничных заставах Тахтабазарского пограничного отряда, я убедился и в другом: солдаты, заступавшие на службу в ночные наряды, просили разрешения у начальников застав одеть теплые бушлаты, которые носятся обычно зимой. Потому что на участках застав, в ночное время, температура опускалась до 7-10 градусов тепла, - и им было холодно. На тех участках пересекало границу широкое ущелье, по которому со снежных гор Афганистана опускалась прохлада. Я сам прочувствовал это, ночуя на этих заставах, - приходилось просить одеяло. А днем была жара, но совсем не такая, как в Кушке или в Тахта-Базаре.

После окончания стажировки и подведения ее итогов, я с курсантами, 30 июля 1983 года, выехал поездом до г. Ашхабада, затем в аэропорт, и оттуда на самолетах все улетели в отпуск. Я полетел в Алма-Ату, в пограничном училище отчитался за стажировку и проделанную мной работу. Во время стажировки никто из курсантов не допустил нарушений воинской дисциплины, оценки за войсковую стажировку получили "хорошо" и "отлично".

Пока я был на стажировке с курсантами, на нашей кафедре - кафедре ОВД - сложилась неприятная обстановка.

У нас на кафедре работал майор Косюков В.А. Он занимал должность преподавателя по дисциплине ЗОМП (Защита от оружия массового поражения и защита от него). Прибыл он на кафедру в августе 1979 года после окончания Военной академии химической защиты.

К 1983 году у него обострились семейные отношения - он разводился с женой и к лету развелся. В июле месяце он проживал у своего друга. В то время в Алма-Ате была сильная жара, доходившая до 38 градусов тепла. В одно из воскресений июля, он со своими друзьями, в городе, выпивал. Был в военной форме. После выпивки, чтобы добраться к своему другу, у которого он проживал, он вызвал такси и поехал в наш военный городок. Коль была сильная жара, так пока майор Косюков В.А. ехал в такси, его сильно развезло. Привез его таксист в военный городок, а дальше куда, к какому дому? - Косюков В.А. ничего не мог сказать. Таксист возил, возил его, и что дальше делать? Решил его привезти на центральное КПП училища и сказал: "Забирайте, - это ваш офицер!". Дежурным по училищу был как раз его старший преподаватель подполковник Костюк В.С. Он дал команду двум солдатам на КПП, чтобы помогли майору Косюкову В.А. зайти на КПП и потом провести в учебный корпус, в свой кабинет. Через несколько часов майор Косюков В.А. пришел в себя и пошел потом к другу.

Подполковник Костюк В.С., будучи дежурным по училищу, обо всем этом доложил начальнику пограничного училища. На следующий день на кафедре все об этом узнали и пошла молва по всему училищу. Со стороны командования училища пошли разбирательства. Для командования кафедры майор Косюков В.А. стал неугодным офицером и стоял у них вопрос: как от него избавиться? Ухватились за то, что нужно провести партийное собрание коммунистов кафедры и вынести вопрос об его исключении из рядов КПСС. Начальник кафедры с секретарем первичной партийной организации кафедры провели с доверенными коммунистами работу о необходимости исключения из партии коммуниста Косюкова В.А. Я об этих подводных рифах осведомлен не был.

Как преподавателю и как специалисту к майору Косюкову В.А. претензий со стороны командования кафедры не было. Занятия он проводил методически правильно, работу преподавателя он любил.

И вот в конце сентября 1983 года проводилось партийное собрание первичной партийной организации кафедры, и вторым вопросом собрания был вопрос: "О рассмотрении персонального дела коммуниста Косюкова В.А.". После объявления этого вопроса дали слово коммунисту Косюкову В.А. Он объяснял, что это случилось с ним впервые в жизни, и это случилось больше всего из-за не сложившихся семейных отношений. Выпил спиртного совсем не много, но сильная жара, особенно в салоне такси, привело к тому, что он отключился. Просил коммунистов ему поверить, оставить его в рядах КПСС и обещал, что впредь этого никогда не повторится. На кафедре из 32-х офицеров-преподавателей только один был беспартийным. И вот началось голосование по вопросу исключения из членов КПСС коммуниста Косюкова В.А.

С предложением об исключении коммуниста Косюкова В.А. из рядов КПСС выступил секретарь первичной партийной организации кафедры коммунист Столяров Н.А. (старший преподаватель военной топографии, подполковник). Я тогда подумал: "Почему такое строгое наказание - сразу исключить из рядов КПСС, ведь это первый проступок со стороны Косюкова В.А., можно ограничиться и строгим выговором с занесением в учетную карточку?" Поэтому я прикинул, что если буду голосовать против, - значит я поддерживаю негативный проступок Косюкова В.А. И я решил, что лучше воздержусь.

Из 30-ти присутствовавших коммунистов кафедры, проголосовали за исключение - 27 чел., против - никто не проголосовал и всего 3 чел. воздержались, в том числе и я.

Партийная комиссия при политическом отделе училища утвердила решение первичной партийной организации кафедры ОВД и майору Косюкову В.А. пришлось положить там на стол свой партийный билет.

Далее по ходатайству начальника кафедры ОВД перед командованием училища, что действия майора Косюкова В.А. несовместимы с преподавательской деятельностью и что его надо отправить для дальнейшего прохождения службы в войска. И где-то через пару месяцев, а точнее в ноябре 1983 года, майор Косюков В.А. был отправлен в Забайкальский пограничный округ в один из пограничных отрядов на майорскую должность.

А ведь майору Косюкову В.А. летом 1983 года (еще в училище) выходил срок на присвоение воинского звания подполковник. А присвоено ему это воинское звание было только в октябре 1987 года, то есть вместо четырех, он в майорах выходил целых восемь лет, то есть, пока его не назначили на подполковничью должность - заместителя начальника штаба пограничного отряда.

Мое голосование на партсобрании командование кафедры посчитало в угоду майору Косюкову В.А. Вот и пошли подпольные, незаметные, и мне непонятные, трения в отношениях с подполковником Таратута П.В., начальником нашей кафедры, а с конца 1983 года - начальником учебного отдела (его назначили начальником учебного отдела). И это скрытое, подпольное и целенаправленное давление я на себе ощущал до 1993 года (до самого отъезда на Украину).

Майор Косюков В.А. в войсках реабилитировался и дослужился до полковника. И что характерно, - его вскорости приняли в ряды КПСС. А в 1988 году, то есть через пять лет, ему была вручена грамота от политического управления пограничного округа за активную пропаганду идей марксизма-ленинизма и политики КПСС.

Узнав об этом, я сказал Вячеславу Алексеевичу Косюкову: "Надо было бы тебе снять ксерокопию этой почетной ленинской грамоты и прислать ее на кафедру и в политотдел училища". Но он мне сказал, что об этом не догадался. А надо было.

Новоселье в своей 3-х комнатной квартире мы с Любой организовали и провели, правда не сразу, а после проведенного ремонта, - в сентябре 1983 года. На новоселье были приглашены офицеры-преподаватели ПМК-3 нашей кафедры со своими женами: подполковник Андреев В.А., подполковник Васильков А.А., майор Никитин А.А. (мой однокурсник по учебе в училище; мы с ним учились в одной учебной группе), майор Алдамжаров Ш.К. Также мы пригласили друзей - соседей по подъезду в старой квартире - Митиных (Галину и Алексея) и Бугаевых (Ольгу и Владимира) - это были гражданские люди.

Галина Митина на данное время (2017 год) живет в Черновцах, а Бугаевы - в Санкт-Петербурге; мы с ними до сих пор поддерживаем связь.

К новоселью моя жена хорошо постаралась: приготовила торты - "Наполеон", "Медовик"; также "Медовую горку", различные салаты, мясные блюда, фаршированный перец, плов и многое другое. Была приготовлена и различная выпивка на спирту.

В указанный день (18 сентября) пришли гости и началось застолье. Квартира моя всем понравилась, еда тоже - нахваливали хозяйку за ее умелые руки. А хозяйке в этот день был как раз день рождения. Когда узнали гости, то упрекали, что она заранее не призналась.

В сентябре 1983 года курсанты нашего дивизиона перешли учиться на 4-й курс и, соответственно, я стал, как это было в сентябре 1979 года, преподавателем тактики на 4-м курсе. Пошел уже 6-й год моей преподавательской работы. Пора бы и продвинуться выше, хотя бы на старшего преподавателя. Ведь майор Татьянин В.Л., мой однокурсник по училищу, меня обошел - был назначен заместителем начальника кафедры ОВД.

Моя жена начинала на меня наседать: мол, Татьянин В.Л. уже успел поработать старшим преподавателем, теперь он заместитель начальника кафедры, а я до сих пор сижу на месте, нет никакого продвижения, не могу себя показать надлежащим образом, чтобы и меня продвигали. Мои ответы ее не убеждали, она гнула только свое. Она очень хотела, чтобы ее муж быстро подымался по служебной лестнице. И чтобы его не обгоняли однокурсники.

Моя теща все время науськивала Любу, что другие офицеры очень хорошо помогают своим женам: ходят по магазинам и покупают продукты, водят своих детей в садик и забирают с садиков. Однажды при мне говорила, что другие офицеры могут в любое время выходить в город и покупать продукты. Она, наверно, имела в виду офицеров особого отдела. Ведь моя теща работала уборщицей в управлении Восточного пограничного округа, убирала кабинеты офицеров особого отдела. Она разве понимала, что это за офицеры-пограничники, носившие зеленые фуражки? Это - контрразведчики, относившиеся к политической полиции, входившие в одно из управлений КГБ. Им все было позволено, их, обычные офицеры-пограничники, остерегались, и было чему остерегаться. Ведь в те времена существовал негласный порядок, что все списки офицеров-пограничников, списки подразделений проходили через особый отдел. Если в этих списках какая-то фамилия офицера или другого военнослужащего вычеркнута в особом отделе, то никто из командования и не будет спрашивать почему? - это не подлежало даже обсуждению. Когда я собирался поступать в пограничное училище, а затем в Военную академию им. М.В. Фрунзе, то моя фамилия конечно же проходила через особый отдел, и, если бы по какой-то причине была бы вычеркнута из списка, то видать бы мне и училище и академию. По незначительной причине могли бы вычеркнуть из списков кого угодно, ведь им - никто не указ.

Но я все-таки, в те тяжелые 80-е годы, да и ранее, помогал в добыче продуктов для своих девочек. Возле нас, в микрорайоне Орбита-4, был большой магазин "Универсам", в 09.00 он открывался. Я всегда по воскресеньям приходил к открытию этого магазина и приносил домой кефир и молоко в литровых бутылках, сливки в пакетах. Но привозили молочных продуктов очень мало в магазин, стоило на 10 минут замешкаться, - и ничего не доставалось. А что делалось при открытии магазина? Люди рвались в магазин толпой. Однажды при мне, так рванули все люди в двери при открытии магазина, что большие стеклянные двери сорвались с петель и упали на землю. Все бежали к уголку, где стояли в ящиках молочные продукты; каждый хватал бутылки, пакеты; место было окружено со всех сторон людьми, и, если кто туда шел шагом, то туда уже было не подступиться и не дотянуться. Поэтому всегда надо было бежать к этому месту, чтобы не опоздать, иначе не доставалось.

К тому же, я ходил по утрам за молоком к молочным бочкам и только я один по утрам ходил. В микрорайоне Орбита, в каждой из них: 1-й, 2-й, 3-й и 4-й - стояли и открывались по утрам молочные бочки. Начиналась продажа молока с 06.00 часов. Я брал в руки 6-ти литровый бидончик и к 05.30 приходил к ближайшей бочке с молоком, а там всегда стояло в очереди, как правило, не менее 100 человек. Бывало, стоял в очереди, время подходило к 06.45, оставалось впереди человек пять, - и молоко кончалось. Я бежал к следующей бочке; бывало, и там к этому времени кончалось, тогда бежал к третьей. К 07.00 я приносил молоко и быстро готовился к себе в училище, чтобы приехать к 08.30. Если я в пограничное училище добирался на городском транспорте, то надо было выходить из дому не позже 07.30. Иногда походы за молоком к бочке были и холостые - молока не доставалось. В годы "Перестройки" с молоком было еще труднее. Помню, что приходилось подыматься даже в 04.00, идти к бочке с молоком и стоять в очереди до начала продажи молока (в 06.00), тогда доставалось.

Мы жили в микрорайоне Орбита-4, в квартире на 8-м этаже. Большие три тополя росли со стороны нашей спальни, своими верхними ветками достигнув, по высоте, наших окон. Как только наступала летняя ночь, - подымался сильный ветер в нашем подгорном микрорайоне, шумели, гнулись тополя, и мне казалось, что от этого шума с ветром опрокинется весь наш дом. По ночам я весь сжимался, все тело было напряжено от этого ощущения высоты и шума тополей.

В то же время, очень прекрасная картина наблюдалась с лоджии на 8-м этаже. Я все лето с лоджии наблюдал белые горные вершины гор Заилийского Алатау. Они казались совсем рядом, как будто в трех километрах, а на самом деле, до этих вершин было 50 километров. Эту картину ничто нам не заслоняло - ведь перед нашим домом было все открыто, не было впереди никаких домов, только в ста метрах кольцевая дорога, а за дорогой, за забором, до самого предгорья тянулись сплошные яблоневые сады, виднелись полевые станы колхозов и совхозов. А левее садов, росли большие километровые клубничные поля. Оказывается, квартиру я получил в прекрасном и чистом районе, и сама квартира очень хорошая, - с большими коридорами, с высокими потолками, с двумя лоджиями, просторная кухня.

На снимке мы видим кольцевую дорогу, а там вдали, справа, виднеются 9-ти этажные два дома. Левая половина моего дома выглядывает из-за первого дома. А в настоящее время, слева за забором, сделали парк им. Первого Президента Казахстана Нурсултана Назарбаева.

К октябрю 1983 года в управлении пограничного училища и на нашей кафедре произошли определенные организационные изменения. В п.г.т. Покровка, под г. Фрунзе (столица Киргизии), был образован центр ускоренной подготовки офицеров для пограничной охраны Афганистана и Никарагуа, который был подчинен нашему училищу. Начальником центра был назначен полковник Ослин, занимавший до этого должность начальника учебного отдела нашего ВПКУ; на военные цикловые комиссии центра были назначены преподаватели с военных кафедр, в том числе и с нашей кафедры. С нашей кафедры уехали два преподаватели - подполковник Доценко В.Ф. и подполковник Кузюков В.К.

В следствие чего нашего начальника кафедры ОВД, подполковника Таратуту П.В., назначили начальником учебного отдела пограничного училища, вместо убывшего в Покровку полковника Ослина, а начальником кафедры ОВД - подполковника Сажнева Ю.П., который до этого занимал должность заместителя начальника кафедры ОВД; заместителем начальника кафедры ОВД назначили майора Татьянина В.Л., который был старшим преподавателем. В соответствии с этим, пошли подвижки и на нашей кафедре. Была большая конкуренция при назначении офицеров старшими преподавателями - много было желающих на эти должности, ведь это были полковничьи должности, а у некоторых подполковников с нашей кафедры сроки получения очередных воинских званий давно вышли.