Мечтательница: читать начало книги онлайн

– Чушь собачья, – сказал Гарри Йорк, и я чуть не выронила чашку, которую держала в руках. Черт возьми, и эти люди упрекали меня в непрофессионализме за то, что я ходила на работу в свитере? Гарри только что выругался на официальном собрании! – Вы еще даже не успели полностью оформить земельную сделку. Откуда нам знать, что план вообще утвердят? Я не позволю выбрасывать на ветер средства из фонда герцога Букингемского. А что касается архитектурной фирмы моей жены, то я бы не хотел ее участия в таком ненадежном проекте.

Я зачарованно смотрела, как рука Феликса, лежавшая на столе, медленно сжимается в кулак. Это был единственный признак того, что Гарри начинает его бесить. Лицо Моретти оставалось совершенно спокойным.

– Месяц назад, когда она сюда приходила, ее все устраивало. Что же теперь изменилось? – процедил он сквозь зубы.

– Ну-ну, друзья, – вмешался Олли. – Не надо устраивать сцену. – Он был единственным, кто улыбался, и его комментарий был встречен каменными взглядами Гарри и Феликса. Я решила, что наконец разлить чертов чай все-таки лучше, чем пялиться на Феликса, как сумасшедший сталкер, поэтому взяла чашку и, прихрамывая, направилась к столу.

– Я не позволю втянуть себя в… – Феликс замолчал, как только я подошла к Виктории. Я надеялась, что все запомнила правильно. По предпочтениям цвета чая для разного времени суток у Виктории была составлена целая таблица. Безусловно, очень странная женщина. Сейчас во мне крепла уверенность, что, к несчастью, чай, который я предложила ей, был скорее светлого оттенка для пяти часов дня, чем темного цвета для десяти утра.

– Люси, – вдруг рявкнул Феликс, и я вздрогнула от неожиданности, услышав, что он назвал меня по имени. Половина чая пролилась на блюдце, когда я ставила его на стол. – Почему ты хромаешь?

Я уставилась на него круглыми глазами. Феликс выжидающе смотрел на меня, полностью игнорируя тот факт, что разговор слушали еще по меньшей мере десять человек и что он прервал чрезвычайно напряженное совещание. Я прочистила горло, оглядывая любопытные лица собравшихся, а затем снова посмотрела на Феликса.

– Я подвернула ногу. Но э-э… все нормально. Думаю, мне просто нужно немного потренироваться ходить на каблуках. – Я издала тихий нервный смешок, но Феликс прервал меня.

– Тебе нужно в отделение неотложной помощи, – сказал он все тем же повелительным тоном. Я не говорю, что командный тон мне не нравился, но, когда мне действительно отдавали приказы (притом нелепые), это слегка раздражало, каким бы сексуальным ни был тот, кто приказывал.

– Все в порядке. Я в порядке. Не хотелось бы тратить время Национальной службы здравоохранения и вообще… – Я снова издала смешок в попытке разрядить атмосферу, которая казалась очень напряженной.

– Феликс, пусть уже Хромоножка подаст чай, – хоть Уилл и сказал это весело, в голосе его слышалось раздражение, – она все утро хромает. Да с ней все в порядке!

Феликс перевел взгляд на Брента, и выражение его лица было таким холодным, что я чуть не вздрогнула. Уилл откинулся на спинку стула, улыбка его померкла.

– Люси, – сказал Феликс. – Садись за стол. Мы поговорим о твоей лодыжке после собрания. Уилл, ну-ка вставай и сам разливай этот чертов чай!

Я было открыла рот, чтобы повторить, что все в порядке, но Феликс снова воззрился на меня.

– Сядь, – команда резко ухнула в тишине, и, не задумываясь, я опустилась на первый стул, стоявший передо мной. Феликс смотрел на меня еще секунду, что-то шевельнулось в глубине его великолепных темных глаз, а губы изогнулись в улыбке, больше похожей на самодовольную ухмылку, но он тут же изменил выражение лица. Он снова обратился к Уиллу. – Я серьезно говорю, Брент. Встань и разлей чай. Сейчас же.

Лицо Уилла вспыхнуло, и он бросил на меня убийственный взгляд, прежде чем вскочить со стула и броситься к чайному столику. Я сжала руки на коленях, страшно покраснев.

– Люси Мэйвезер! – Я вскинула голову, услышав глубокий голос Олли. Он улыбался мне с другой стороны стола. – Какого черта ты здесь делаешь, дорогая? Когда я в последний раз разговаривал с Майком, он сказал мне, что ты никогда не выезжаешь из деревни!

– Э-э-э… – Я оглядела лица всех, наблюдавших за нашей болтовней, и покраснела от смущения. Господи, эти ребята из дорогих частных школ могли позволить себе говорить и делать что угодно! – Привет! – Я слегка помахала Олли, и он снова улыбнулся мне. Но затем, словно подтверждая мои мысли, встал с места и направился к моей стороне стола. Подойдя ко мне, он поднял меня со стула, обнял, а затем отстранился и пристально оглядел.

– Господи, как ты повзрослела!

– Ради всего святого, Олли, – воскликнул Феликс. – Отпусти Люси, чтобы она могла сесть. Пусть не стоит на больной ноге!

Олли закатил глаза, но просьбу выполнил.

– Феликс всегда так командует? – прошептал он мне на ухо, как только я села, и я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Еще раз улыбнувшись, Олли быстро поцеловал меня в щеку и вернулся к своему стулу.

– Сядь, черт возьми, на место, – прорычал Феликс, и в его голосе звучала чистая ярость. Он пристально смотрел на Олли, положив руки на стол, как будто собирался сейчас встать. На его плотно сжатой челюсти подергивался мускул.

– Думаю, ответ – да, – сказал Олли с очередной ухмылкой. Заняв свое место, он перевел взгляд со все еще разъяренного Феликса на меня и приподнял бровь.

Когда я оглядела собравшихся, то поняла, что неожиданная демонстрация чувств Олли была наименьшей моей заботой. Гарри Йорк пристально смотрел на меня, слегка наморщив лоб.

Глава 6. Люси Мэйвезер?

Вот зачем Олли назвал меня полным именем? Одарив меня долгим взглядом, Гарри моргнул и потряс головой, словно пытаясь прийти в чувство. Я вздохнула с облегчением. Может быть, пронесло? В конце концов, Мэйвезер – довольно распространенная фамилия, а он в ресторане взглянул на меня лишь на секунду, и то целый год назад.

– Если церемония воссоединения закончилась, возможно, мы вернемся к фактическим цифрам по проекту и к тому, что они не сходятся? Я уверен, что мы не хотим тратить зря время его светлости, – сказал Гарри.

Феликс закатил глаза.

– Его светлость! – пробормотал он. – Господи, какой же ты подхалим!