– Я… я никому ничего плохого не сделала! – тут же выпаливает она, махнув рукой с пассатижами.
Чувствую, как моё лицо буквально перекашивает оттого, что она на самом деле считает себя невинным ангелочком. Весь её тон пронизан этой уверенностью. Но ведь это не так. Алиса Зимина – обыкновенная сука, которая считает себя выше других.
Но не в данном случае. И это её до чёртиков пугает.
– А вот тут ты ошибаешься, девочка.
Медленно провожу пальцем по её щеке через мешок. Ткань тут же намокает от её слёз. Ничего, кроме отвращения, я не чувствую. Поэтому тут же вытираю палец о её куртку.
– Сделала. И сделала очень много. Именно этими маленькими, но очень беспокойными ручками ты тронула то, что мне очень дорого. И уж прости, но я не могу это так оставить, – заканчиваю речь на ледяных нотах.
– П-пожалуйста… не надо… Я даже не понимаю о чём речь… Это какая-то ошибка!
– Время пошло. Тридцать секунд на размышление. Сама или я тебе помогу.
Начинаю считать вслух. Тихо, размеренно, с лёгкой улыбкой.
– Двадцать девять… двадцать восемь…
Алиса рыдает громче, роняя пассатижи на бетон с громким металлическим звоном.
– Двадцать пять…
Всхлипывает, бросается на колени и шарит по грязному бетонному полу трясущимися руками. Находит инструмент, сжимает его так сильно, что костяшки белеют.
– Девятнадцать…
Наблюдаю за тем, как она поднимает левую руку и выставляет вперёд большой палец. Срывающимся голосом шепчет:
– Я с-сделаю это… с-сама…
Наклоняю голову. Прекращаю вести отсчёт.
– Отлично. Я рад, что ты облегчила мне задачу.
– Это из-за новенькой? Всё из-за неё? – неожиданно спрашивает она.
Надо же. А я думал, так и не поинтересуется.
– Аким, да? Я… я узнала твой голос.
Ничего не отвечаю. Просто потому, что мне пох. Узнала и что дальше? Ответ – ничего. Она совершенно ничего мне не сделает. А если попытается, то её будет ждать ещё одна встреча с Доставщиком, якобы случайная, который не всегда притормаживает перед пешеходными переходами.
Ничего не могу поделать. Такой уж он горе-водитель у меня. И кто только ему права дал…
– Больше не приближайся к ней, пожалуйста. Или вместо ногтей будет что-то другое.
Она замирает, а потом с коротким, надрывным криком приставляет пассатижи к ногтю.
– Начинай.
Отворачиваюсь, двигаю к машине.
Щелчок.
Хруст.
Крик.