Смотрит так, точно решает отпустить, или всё же сломать и выбросить, как ненужный мусор. Как он и говорил...
Секунда длится вечностью. А потом он осторожно ослабляет хватку и отступает на полшага назад. Тянется рукой вверх. Берёт с полки над моей головой книгу в твёрдом переплёте.
Слежу за ним, не понимая, зачем? Что он хочет с ней сделать?
Он опускает руку вниз. А в следующее мгновение я ощущаю, как он прижимает её к моим ногам. Между ними.
Замираю. Прохладный корешок книги касается меня сквозь колготки. Там, где жарко и стыдно, там, где, никто никогда не прикасался. Там, куда даже ублюдочный отчим ещё не успел добраться.
– Приподними края юбки, – Аким рокочет, глядя на меня исподлобья потемневшими глазами.
Фрагмент четырнадцатый. Кажется, я пробудил твоё желание
Сортировщик
Не могу контролировать себя рядом с ней. Внутри меня каждую секунду взрывается два желания. Первое – реально её убить. Чтобы всё это закончилось. Чтобы я перестал думать о ней, как безумный. Второе – потерять контроль окончательно. Затрахать её до такой степени, чтобы она забыла, как сопротивляться. Чтобы не осталось ни слов, ни сил, ни мыслей – только я.
– Аким… – Иль рвано выдыхает моё имя.
Ну и как такую убьёшь? Нет. С ней только терять контроль. Подчинить. Сделать своей. И наслаждаться каждой секундой, проведённой с ней рядом. Звучит слюняво, но, блять, да – я реально этого хочу. И она хочет. Просто пока врёт себе. Но её тело впереди.
Окей, значит, будем выезжать на физике. Я ж только “за”.
– Да, моя маленькая? – отвечаю, проводя корешком книги вверх… потом вниз. Медленно. Ритмично. Снова медленно…
– Прошу тебя… – выдавливает, практически с мольбой в голосе. И вдруг вздрагивает.
О, моя чувствительная Ильма. Кажется, я пробудил твоё желание.
– Прекрати, я очень тебя прошу…
Не отвечаю. Просто продолжаю ласкать её. Скольжу книгой по капроновым колготкам, надавливаю чётко туда, где находится центр её удовольствия. Горячий бугорок, мечтающий о разрядке. Вперёд. Назад. Трение, шуршание по тонкой ткани… Её учащённое дыхание, тихий стон. И затвердевшие вершинки груди.
Снова целую её. В этот раз мягче. Убираю руку с тонкой шеи, укладываю на её затылок, собрав волосы в кулак. Не прекращаю ласки. И вдруг слышу влажный звук. Останавливаюсь, приподнимаю книгу – вижу на ней блестящий след, что оставила моя девочка.
Секунда и Зайка у меня на руках. Подхожу к дивану, аккуратно укладываю её.
– Нет… Аким… – рвано шепчет она, с паникой о взгляде. Руки вперёд выставляет с растопыренными пальцами.
Кайфую оттого, что она снова назвала меня по имени. Это приятный прогресс. Интересно, она сама замечает эти маленькие изменения в себе? Не похоже. А даже если и замечает, то тут же отвергает.
– Чш-ш-ш… Не шурши, Зайчонок, – говорю, поддевая пальцами подол юбки. – Разве тебе не нравится?
Чуть приподнимаю уголки губ. Смотрю на неё – раскрасневшуюся, со сбитым дыханием, с влажными, припухшими от поцелуев губами. Залипаю в её кофейные глаза, видя в них своё отражение, как в зеркале.
Она идеальна, хоть и злит меня. Но это ведь временно. Между нами просто период притирки, как у всех влюблённых парочек.
– Не нравится, – морщит нос, будто проверяя себя на совесть. Приподнимается на локте, а второй рукой цепляется за край юбки. – Убери свои похотливые лапы, извращенец.
– Да с хера ли я извращенец? – усмехаюсь, аккуратно разжимая её тонкие пальцы. – Я мужчина – ты женщина. Мы оба взрослые. Ментально вроде как здоровые. По крайней мере, на первый взгляд. Ты хоть бы слово подобрала нормальное, – убираю в сторону её руку, радуясь, что она даже не особо сопротивляется. – Например, экспериментатор. Или Любитель литературы.
– Кто? Любитель литературы? – расширяет глаза.
– Именно, Зайка. Просто очень близко знакомлюсь с текстом… и с тобой заодно. Я ведь ещё и практик, – пожимаю плечами с невозмутимым видом.
– Псих.
– Если только чуть-чуть, – частично соглашаюсь с ней.