Между нами повисает пауза. Секунд пять, не больше. Я медленно убираю руку, растирая между пальцами её влагу. Представляю её на своём стояке. Во рту. На языке. Под языком. Везде, куда могу запихнуть этот вкус. В лёгких. В крови, блять. Хочу её. Всю. Каждый миллиметр её тела. Но что-то мне подсказывает, что на сегодня с Зайки хватит.
– Урок усвоен? – говорю с довольной улыбкой. – Я ведь обещал тебя наказать. Правда… Скорее поощрил. Согласна?
Ильма смотрит на меня не моргая, её губы приоткрыты и чуть подрагивают, будто она не может подобрать слов. И только я собираюсь сказать, что планы на большой перерыв не отменяются, как она резко сгибает ногу в колене и врезает пяткой своего ботинка в мой живот. Собирается сорваться с дивана, но я быстро перехватываю её ногу и резко дёргаю на себя.
– Дикая сучка, – смеюсь, продолжая удерживать её. Больно. Но это почему-то охерительно приятно. – Не заигрывайся так со мной. Ты ведь понимаешь, что брыкаешься, только потому, что я тебе позволяю это делать? Выпустить немного пар. Но советую, завязывать с этой странной игрой. Не могу дать гарантии, что как-нибудь у меня не выключится контроль и не сработает рефлекс.
– Да пошёл ты, – рычит она, дёргая ногой. – Пусти!
Разжимаю пальцы, протягиваю руку ладонью вверх со словами:
– Телефон дай.
– Это ещё зачем?
– Затем, Иль. Либо отдашь добровольно, либо я с большим удовольствием найду его самостоятельно.
Она злобно фыркает, переводит внимание на свой рюкзак и недовольно бормочет:
– В боковом кармашке.
Нахожу её смарт. Быстро провожу пальцем по экрану – пара нажатий, одно короткое движение, и всё. Теперь, куда бы она ни пошла, телефон будет шептать мне координаты её местоположения.
Подбрасываю гаджет на ладони и возвращаю ей, будто ничего не произошло. Внутри уже щёлкнуло хищное удовлетворение. Если раньше, я имел доступ просто к её данным, то теперь у меня будет практически полный контроль. Зайка может спокойно топать куда пожелает. Я всё равно буду знать, где она. Всегда.
– Что ты сделал? Установил слежку?
– Для твоей же безопасности, – спокойно роняю в ответ. Не вижу смысла шифроваться. Она и так понимает, что я знаю о ней всё.
– Я выброшу телефон в ближайшую урну.
– И когда у тебя появится новый, я сделаю то же самое. Так в чём смысл? Не стоит так делать.
– По тебе дурка плачет. И электрический стул.
Поняв, что я больше её не держу – она вскакивает с дивана и, подхватывая свой рюкзак, уносится прочь.
В следующий раз, всё-таки вытрахаю из неё всю дурь. А сегодня… так и быть, пусть отдохнёт.
Встаю с дивана, забираю, теперь уже, мою книгу и только собираюсь вальнуть из библиотеки, как раздаётся звук входящего звонка.
Если это отец, и если он снова хочет меня загрузить сортировкой… Я его убью. На этот раз точно. Потому что сейчас, мне совершенно не до этого.
Достаю из кармана смарт и быстро успокаиваюсь. Это просто Художник.
– Да, Кай?..
Осколок шестнадцатый. Падшая, грязная, предавшая себя
Зайка
Вылетаю из библиотеки, как ошпаренная. Плевать, что у меня ещё пары. Плевать на всё. Ноги несут сами, в груди горит, и это не тот жар, что был там, на диване в чёртовой библиотеке, которую я теперь точно ненавижу до трясучки – это жгучий, выжигающий стыд.
Я позволила ему.
Не остановила.
Бегу по коридору, то и дело нечаянно задевая кого-то плечом, сжимаю лямки рюкзака так, что пальцы немеют. В ушах гудит. А перед глазами до сих пор вижу его довольную, сытую ухмылку. И то, как он слизывал с книги мою… меня… боже. Даже мысленно не хочу произносить это слово.