– Как? Разве вы уже встали? – спросила она. – Вижу, вы ранняя пташка! Скажите же, как вы находите Торнфилд?
– Все, что я успела увидеть, мне очень нравится.
– Да, такое прекрасное местоположение! Такая дивная природа! – воскликнула женщина. – Боюсь только, что все быстро придет в запустение и полный беспорядок, если мистер Рочестер не захочет остаться здесь навсегда. По крайней мере, ему бы стоило приезжать в Торнфилд почаще: большие дома и поместья обязательно требуют присутствия владельца.
– Мистер Рочестер? Кто это?
– Как кто? Владелец Торнфилда, наш хозяин. Неужели вы не знали, как его зовут?
Разумеется, я ничего не знала о нем до той самой минуты. Но старушка уверенно полагала, что существование какого-то мистера Рочестера есть факт непреложный и известный всем на белом свете.
– Но я думала, что Торнфилд – ваше поместье, мистрис Фэйрфакс.
– Мое?! Что за вздор! Бог с вами, милая! Как эта идея вообще могла прийти вам в голову? Я управительница. Или, если хотите, ключница. Не более и не менее. Да, Рочестеры – мои дальние родственники по материнской линии. Или, если правильно сказать, родственники моего мужа. Потому меня и взяли сюда на работу. А муж мой был пастором этой деревни, и вон та церковь принадлежала ему. Она старинная, между прочим! Только представьте, как…
Мистрис Фэйрфакс вновь начала говорить на отвлеченные темы, я вполуха слушала ее рассказ про мужа, наблюдая за тем, как пара ворон возвращается в гнезда, а по небу бегут облака.
– …Матушка мистера Рочестера происходила из Фэйрфаксов и была двоюродной сестрой моего мужа. Но я всего лишь работаю в этом доме и смотрю за людьми. Разумеется, у меня нет никаких претензий на фамилию и наследство, – сказала мистрис Фэйрфакс тоном человека, у которого есть претензии на все. Указывать на это противоречие было бы провальным шагом, но запомнить непременно стоило.
– Кто же в таком случае девочка Адель, моя ученица?
Моя собеседница неуверенно помолчала несколько секунд, но потом ответила:
– Воспитанница мистера Рочестера. Он поручил мне найти для нее гувернантку. Судя по всему, он намерен воспитать девочку как свою дочь и наследницу.
Итак, ситуация прояснилась: мистрис Фэйрфакс была в этом доме такой же работницей, как и я. Это не унизило ее в моих глазах, напротив – утвердило равенство между нами.
На лужайку выбежала девочка в сопровождении няни. Адель была еще совершенным ребенком семи или восьми лет, с бледными щечками и густыми иссиня-черными волосами, которые, растрепавшись, падали ей на лицо.
– С добрым утром, мисс Адель, – сказала мистрис Фэйрфакс. – Пожалуйста, подойди сюда. Эта милая леди будет учить тебя наукам, чтобы со временем ты стала умной и образованной девушкой.
Девочка мгновенно очутилась перед нами, прыгая так резво, словно бы пыталась взлететь.
– C’est là ma gouvernante?[10] – обернувшись и указывая на меня пальцем, спросила она у своей няни.
– Mais oui, certainement[11].
– Но разве они иностранки? – спросила я у мистрис Фэйрфакс, удивившись их французскому. Женщина кивнула.
– Нянька – француженка. Мисс Адель, я думаю, тоже родилась во Франции и вряд ли прежде покидала родную страну. Они обе приехали в Англию полгода назад. Мисс Адель поначалу не могла ни звука выговорить по-английски, представляете себе? Теперь она научилась кое-как болтать, но я все равно с трудом понимаю ее лепет: девочка то и дело вставляет французские слова. Но вы-то без труда поймете ее? Ведь в ваших рекомендациях было написано, что вы владеете французским?
Она напряженно и недоверчиво посмотрела на меня, очевидно опасаясь, что владение языком, указанное в рекомендациях, оказалось ложью и меня придется отправлять обратно.
– Не сомневайтесь. – Я поспешила ее успокоить. – Я училась французскому у носительницы языка и в последние годы в школе весьма часто разговаривала с мадам Пьеро на ее родном языке.
Домоправительница молча кивнула. Мне было понятно ее недоверие: сама мистрис Фэйрфакс вряд ли способна меня экзаменовать, чтобы убедиться в моем владении французским.
Девочка же, которую мне предстояло учить, при особенностях характера и детской беспечности могла бы умалчивать о дурном французском своей гувернантки, чтобы получать меньше заданий. Что же касается ее няни – эта женщина пока оставалась для меня темным пятном, она из вредности и ревности к своей воспитаннице вполне была способна лгать о способностях гувернантки.
И как бы то ни было, вина за это ляжет на плечи мистрис Фэйрфакс, когда вернется хозяин дома.
Однако уже за чаем в столовой все сомнения ее развеялись. Я сказала несколько фраз на французском. Мисс Адель отвечала поначалу робко, но через несколько минут осмелела и разболталась, вовсе не ожидая от меня вопросов, а заваливая меня собственными, желая узнать меня ближе.
– Вы по-французски говорите так же превосходно, как и мистер Рочестер! – вскричала девочка. – Теперь мы с Софи будем болтать с вами о чем хотим. Софи будет так рада: ее ведь здесь никто не понимает. Она моя нянька. Мы, знаете ли, ехали с ней по морю на большом корабле, и на нем была труба, которая так дымилась, так дымилась! Я заболела, и Софи, и мистер Рочестер тоже. Он всю дорогу пролежал на софе в хорошей комнате, а мы с Софи в другой маленькой комнате на кроватях. А один раз, представьте, я чуть не свалилась за борт! Поверите ли вы? А как вас зовут, мадмуазель?
– Эйр. Джейн Эйр.
– Aire? Ах, как это сложно, я не могу выговорить!
[10] Она моя гувернантка? (фр.)
[11] Да, конечно (фр.)