Речной Князь. Книга 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Парень не ответил. Просто смотрел на него, и от этого делалось только хуже, потому что хвастун врёт, а этот не врал.

Из-за спины парня выступил один из чужаков и ухмыльнулся Корчу так, что у того заныло в животе.

— Ты берега попутал, лешак, вопросы Кормчему задавать, — сказал он. — Наш Кормчий — Чернобога наймит. Ему сама вода ворожит.

Корч вытаращился на парня с глубокими глазами и, наконец, понял почему холод до сих пор гуляет по спине.

В их лес пришло что-то, с чем Старым Богам не совладать.

Глава 11

Ой вы, струги-корабли, смолёные бока,

Широка дорога наша, да беда близка.

Тишина после слов Гнуса про Чернобога висела над костром. Лесные сидели на земле, глядя на меня так, будто я вылез из-под воды с водорослями на голове. Их старший тоже взгляд не отрывал. В его глазах плескался страх, а страх мне был не нужен. На страхе далеко не уедешь — напуганный человек при первой возможности ударит в спину.

Мне нужна злость.

Я шагнул к нему вплотную, так что между нашими лицами осталось полруки. Он был выше меня на голову, шире в плечах, и даже связанный стоял прямо, не горбясь. Но я всё равно смотрел снизу вверх и говорил точно так же.

— Нерест пошёл. Рыба косяками прёт, а вы тут шишки грызёте и репой давитесь, да?

Он дёрнулся и вытаращился с удивлением.

— Чего?

— Того. Вы живёте у реки, в которой рыбы на три деревни хватит, а ловите мелочёвку в заводи, потому что на большую воду соваться ссыте. Усатые свиньи на дне не пускают. Так ведь?

Старший стиснул челюсти. Желваки заходили на скулах.

— И мало того что не пускают, — я не давал ему вставить слово, бил и бил, — вы ещё и кормите их. Потроха таскаете с крутояра. Свою жратву отдаёте тварям, которые вас же и держат впроголодь. Весна, запасы подъелись, зверь тощий, дети пустые миски, небось, облизывают, а вы жирных сомов подкармливаете, чтобы они, значит, вашу деревню в покое оставили.

Я оглядел его людей. Жилистые, крепкие, но и жирка не просматривается совсем. Торчащие скулы, впалые щёки. Не голод, но и не сытость. Привычная, вросшая в жизнь нехватка, которую они уже перестали замечать.

— И называете это волей богов. Ссыкуны.

Волк добавил из-за моего плеча, без насмешки, но таким тоном, что каждое слово ложилось, как пощёчина:

— Хозяева леса. У воды живут, а досыта детей накормить не могут. Жрецы гнилой воды, мать их.

Мужик, который пытался снять часового, рванулся так, что верёвки впились до крови. Рядом зашевелились ещё двое, молодой парнишка побагровел до ушей, и кто-то сзади выматерился так забористо, что даже Гнус уважительно хмыкнул.

Старший молчал. Стоял, стиснув зубы, и я видел, как в нём ломается что-то. Не гордость, гордость как раз просыпалась. Ломалась в нём та привычная покорность, с которой он жил всю жизнь, считая голодную весну и жирных сомов божьим порядком вещей.

И тут его прорвало.

— Да нихрена вы не понимаете, пришлые!!! — заорал он так, что Рыжий на краю костра отшатнулся. — Нихрена!!! Это не рыба!!!

— Не рыба!!! — подхватил мужик с земли, рванувшись в верёвках. Кровь из рассечённой брови залила ему пол-лица, но он этого не замечал. — Они Мирона сожрали!!! С лодкой вместе!!! Утром ушёл, а к обеду одни щепки всплыли!!!

— И Ерша два лета назад! — заорал кто-то из задних рядов. — Ерш за сетью полез, а ему лодку снизу пополам!!! Пополам, слышишь, пришлый⁈

— И деда моего!!! — молодой парнишка, тот самый, который побежал звать на помощь, аж привстал на коленях. Голос у него срывался от злости и от слёз одновременно. — Дед тридцать лет рыбачил, каждую корягу знал, а они его утянули, и мы даже тела не нашли!!!

Старший шагнул вперёд, забыв, что связан. Двое наших вцепились ему в плечи, удерживая, но он не замечал их, таращась на меня с яростью.

— Как ты их брать собрался, шаман⁈ — он оскалился мне в лицо. — Багром ковырять⁈ Удочку забросишь⁈ Да они твою посудину вместе с мачтами на дно утянут и не подавятся!!! Мы три поколения с ними живём!!! Деды пробовали — копьями, сетями, ловушками!!! Ни хрена не вышло!!! Только людей клали!!!