– Верно.
Принцу Ночи показалось, что приоритеты школы Шилинь были несколько неправильными: их техники очищения избавляли землю от боли, но награждали страданиями живых людей. Впрочем, сейчас подобные мелочи не интересовали Ван Юна: ради спокойствия жителей деревни Юэ он собирался сделать всё возможное.
Снова шёл дождь. С бамбуковой шляпы стекали струйки воды, закрывая обзор на дорогу, и Ван Юн раздражённо смахнул срывающиеся с края доули[59] капли. Его левая рука подрагивала от напряжения, и он с трудом держался за поводья, стараясь не вывалиться из седла.
Сегодня он раз за разом пропускал через себя остаточную демоническую ци, чтобы очистить землю вокруг деревни, и теперь уже потерял счёт местам, в которых они вместе с Ши Янхэ останавливались. В голове шептались сотни незнакомых голосов, и боль, что приносили на эту землю яогуаи, растекалась по всему телу вместе с кровью. Цзюань на запястье уже какое-то время словно жил отдельно от хозяина, перегоняя по меридианам огромное количество энергии и борясь с постоянно проникающим внутрь мраком, отчего Ван Юн чувствовал себя измотанным.
– Ты в порядке? – спросил целитель и подогнал своего коня, чтобы поравняться с Принцем Ночи. – Не стоит перенапрягаться. Мы уже сделали достаточно, даже талисманы развесили вокруг деревни.
– Осталось ещё одно место.
Он не мог закончить эту вылазку до тех пор, пока не проверит лощину около деревни Нинцзин. Хоть Завесу и удалось залатать несколько месяцев назад, тот лес, где произошёл кровавый ритуал, продолжал привлекать нечисть. Пусть Ван Юн не сможет защитить всех людей в северной провинции, но он хотя бы попытается.
Когда небо немного посветлело и рассвет окрасил густые тучи в серый цвет, заклинатели наконец остановились на краю рощи с иссохшими деревьями. Они оставили лошадей неподалёку от тропинки и огляделись.
– Нам вверх по склону, – сказал Ван Юн и сбросил шляпу на спину, проведя рукой по мокрому лицу. – Почти добрались.
– Здесь до сих пор стоит отвратительная аура.
Ши Янхэ прикрыл нос одной рукой, а второй потянулся к седлу и отвязал от него длинный тканевый свёрток, который с особой нежностью прижал к груди. Принц ночи тоже не забыл закинуть на плечо гуань дао, и вместе они направились по каменистой тропе.
Дождь немного утих и теперь лишь слегка накрапывал, еле слышно ударяясь о тронутые желтизной листья колючих кустов. На высохших деревьях не было зелени, она завяла и опала на землю, отчего в воздухе стоял кислый запах перегнивающей листвы. Из-за недавнего разрыва Завесы всё здесь казалось гибнущим, словно лес не мог выносить демоническую ци, что вырвалась на свободу.
Перешагнув через мутный ручей, который стекал вниз по склону, неся течением обломанные веточки и сухие еловые иголки, заклинатели вышли к краю лощины. На дне впадины повсюду лежали расколотые валуны в окружении выжженной чёрной земли: адепты школы Юэин уже давно забрали и предали земле изуродованные тела жертв заклинания, и теперь это место выглядело как пустырь, так и не заросший травой.
– Глава Ван, давай мы просто запечатаем лощину, – заговорил Ши Янхэ, приподнимая поля своей доули. Его лицо, скрытое за бамбуковой шляпой, заметно побледнело. – Если проведём ритуал очищения, то даже ты со своей высокой ступенью совершенствования можешь не выдержать.
– Запечатывание слишком ненадёжно! – отрезал Ван Юн и схватился за сухой корень, начиная спуск по крутому склону. Он сразу вспомнил барьер на пике Юнфэй, который установили заклинатели из школы Шилинь, и усмехнулся. – Ваши техники легко разгадать и устранить, даже яогуай сможет, если его ранг окажется выше среднего.
Конечно, он преувеличивал: демоны, что пробудились из-за разрыва Завесы, обычно не были настолько умными и не справились бы с такой сложной задачей. В действительности же Ван Юн сам хотел провести это очищение, ведь, кроме боли и тёмной ци, он перенимал и часть воспоминаний земли. Всего лишь обрывочные картинки, но они могли пролить хоть немного света на происходящее.
– Спускайся давай! – позвал Принц Ночи.
– Как скажешь.
Целитель ещё немного постоял на краю, выдохнул и тоже полез вниз, цепляясь за корни и выглядывающие из земли камни.
Когда Ши Янхэ добрался до дна лощины, он сильно закашлялся, вдохнув удушающий смрад. Здесь не осталось никаких следов крови – всё давно смыло дождём, но запах… запах стоял омерзительный, словно где-то до сих пор гнила плоть, а может, даже целая гора мертвецов.
– Неудивительно, что деревенские больше не охотятся в этом лесу, – отметил Ван Юн и расчистил себе место прямо в самой середине впадины. – Тёмные техники всегда оставляют глубокие следы.
– Слишком глубокие, – пробормотал Ши Янхэ. – Как будто всё произошло вчера.
Целитель поставил на небольшой камень свой длинный свёрток и развернул его, доставая из ткани лакированный гриф эрху. Натянутые струны инструмента нестройно звякнули, и заклинатель из школы Шилинь нежно провёл по ним пальцами, заглушая звук.
– Хорошо, что мы пришли сюда под утро, – заговорил целитель и посмотрел на Ван Юна, который уже раскладывал по четырём сторонам от себя жёлтые талисманы. – Ночью мы бы скорее отбивались от яогуаев, чем очищали землю.
– На то и был расчёт. Ты готов?
Принц Ночи чувствовал сильную слабость, поэтому торопился. Если демоны всё же учуют их и у Ван Юна к тому времени не останется сил для битвы, то Ши Янхэ вряд ли справится в одиночку.
– Ещё немного – я должен настроиться.
Целитель сидел на расколотом валуне немного поодаль от главы клана Ван, и тому пришлось обернуться через плечо, чтобы увидеть, как Ши Янхэ прикрыл глаза и провёл смычком по тугим струнам эрху.
– Если что-то пойдёт не так, я прерву ритуал! – сказал целитель тем самым строгим тоном, которым лекари предписывают запреты своим подопечным. – Не стоит рисковать жизнью, ведь школу Юэин сможешь защитить только ты.
– Я и сам знаю пределы своих возможностей.
[59] Доули – широкополая коническая шляпа, обычно из бамбуковой щепы, с помощью которой можно защититься от дождя или солнца.