Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2: читать начало книги онлайн

– Кажется, я не справляюсь, Лэй… Мне нужна всего лишь капля твоей поддержки, как раньше…

Но в браслете больше не было согревающего тепла или знакомого света, Ван Юн мог нащупать только крохотную частичку огненной ци друга, что ещё теплилась где-то глубоко внутри. Вместе с осознанием того, что связь настолько истончилась, сразу пришло ощущение тяжёлой пустоты, которая с каждым вдохом заполняла грудь и давила изнутри.

Послышался тихий шорох листьев, и Принц Ночи встал прямо, расправив широкие рукава праздничных одежд: в этот день ему пришлось следовать традициям семьи Ван и облачиться в многослойное чёрное одеяние со множеством серебристых узоров, покрывающих ткань от подола до ворота.

По одной из дорожек шла матушка, неся в руках тарелку с золотистыми юэбинами, а прямо за ней бесшумно ступала Фэн Мэйфэн, держа перед собой поднос, на котором стояло блюдо с яблоками и маленькая миска с корнями лотоса. Поставив подношения перед алтарём, госпожа Ван стала зажигать благовония, а наследница клана Фэн немного отошла назад, поравнявшись с Ван Юном.

Ветер приподнял несколько сухих листьев и закружил их в беспокойном танце, отчего один листочек застрял в высокой причёске Фэн Мэйфэн. Принц Ночи заметил, что сегодня её тёмные пряди кольцами спускались на плечи, прикрывая уши, а среди драгоценных заколок и подвесок виднелась неизменная нефритовая шпилька с луной в пионах. Он протянул руку и коснулся волос названой сестры.

– Я всего лишь смахнул лист, – сказал Ван Юн, отвечая на её удивлённый взгляд.

Вблизи кожа Фэн Мэйфэн казалась болезненно-бледной, губы же были сухими и слегка потрескавшимися, и даже алая краска не могла этого скрыть. После проведения ритуала очищения они оба слегли на несколько дней – отравляющая ци, которую вобрал в себя Принц Ночи, из-за Обмена повлияла и на Мэйфэн. И всё же сейчас, в этой праздничной одежде и с румянами на лице, она выглядела прекрасно, как и в свой день рождения, когда Ван Юн только вернулся со службы и распивал вино на крыше дома семьи Ван, наблюдая за пышным празднеством сверху.

Тогда он с трудом узнал в изящной заклинательнице с печальным взглядом ту маленькую девочку, которая беспрестанно звала его «гэгэ». Он должен был избавиться от неё ради безопасности школы, поэтому играл роль, которая получалась у него лучше всего: зазнавшийся наследник, пугающий Принц Ночи, жестокий шисюн. Но теперь всё слишком изменилось, и он больше не хотел притворяться.

– Тебе до сих пор плохо? – спросил Ван Юн шёпотом.

– Конечно! Гэгэ же пропустил через себя столько демонической энергии зараз, что меня чуть не вывернуло наизнанку! – хмыкнула Фэн Мэйфэн, и в её глазах заблестели озорные огоньки. – Возьми ответственность. Сегодня я хотела повеселиться, но чувствую себя как высушенная на солнце груша.

Ван Юн собирался ответить, но не успел и рта открыть, как матушка обернулась к ним и заговорила:

– Всё готово! А-Юн, можешь вознести первую молитву, ведь сейчас глава нашей семьи далеко от дома.

– Лучше ты, а я буду последним.

Госпожа Ван не стала спорить и преклонила колени перед алтарём, взяв в руки три благовонные палочки. Дети встали позади неё и тоже почтительно поклонились, сложив ладони перед собой.

– Великая Дева Юэлянь, прошу, даруй северной провинции в грядущем году богатый урожай, благоприятную погоду и мирную жизнь, ведь наша земля процветает лишь под божественным светом луны. – Она вздохнула и добавила уже тише: – Мой муж – Ван Шэнхао, сыновья А-Синъюй и А-Сюаньюй… молюсь, чтобы они были здоровы.

Поставив дымящиеся палочки перед небольшой статуэткой, что находилась под каменной крышей, матушка поднялась и уступила место Фэн Мэйфэн.

Вскоре послышался уверенный голос заклинательницы:

– Пусть все, кто сейчас далеко, обязательно найдут верную дорогу и безопасно вернутся домой.

Она стояла на коленях с закрытыми глазами и крепко сжимала в руках благовония, от которых поднимался полупрозрачный дымок, отдающий терпким древесным запахом. Повинуясь непреодолимому желанию, Ван Юн опустился на землю рядом с названой сестрой и прошептал пришедшие в голову слова так тихо, что никто бы не услышал:

– Думой живу одной, чтобы там, за тысячу ли, также любуясь луной, ты не покинул земли…[61]

В это мгновение все они и правда размышляли об одном: как хорошо было бы в следующем году собрать разделённую семью и отпраздновать День середины осени вместе. Отец, близнецы, дядя Хэ, Гэн Лэй – близкие люди оказались слишком далеко от дома, но пока они смотрели на ту же луну, надежда ещё оставалась.

– Ну всё, пойдёмте поедим, слуги уже, наверное, накрыли праздничные столы! – позвала госпожа Ван и тронула Ван Юна за плечо – он заметил, что матушка украдкой стёрла две маленькие слезинки, собравшиеся в уголках глаз. – Думаю, уже и А-Сюли пришла вместе с семейством Хэ, нужно их встретить.

Вечер опускался на сад, и по обеим сторонам от тропинки замерцали висевшие на деревьях лунные камни, которые освещали усыпанную осенними листьями тропинку. Уходя, Ван Юн обернулся на алтарь, заставленный подношениями, и задержал на нём внимательный взгляд, словно пытался получше разглядеть этот каменный постамент.

Слышала ли их молитвы богиня Юэлянь?

Сегодня ему особенно хотелось, чтобы она заметила дым, поднимающийся от алтаря в саду семьи Ван.

Как только закончился ужин, на который вместе собрались семейства Ван и Хэ, со стороны улицы послышались отголоски песен и радостные возгласы. Полная луна уже поднялась достаточно высоко, и в деревне Юэ началось празднование середины осени.

Фэн Мэйфэн ждала этого дня с нетерпением, но из-за недавнего ритуала с демонической ци до сих пор страдала от сильной слабости и тянущей боли по всему телу – так восстанавливались меридианы после воздействия чужеродной энергии. Она понимала, ради чего Ван Юн пошёл на риск, поэтому не винила его, и всё же праздновать в таком состоянии было тяжело.

– Пойдём! – Хэ Сюли закинула в рот последний кусочек лунного пряника и потянула Фэн Мэйфэн за рукав. – Наши уже наверняка ждут!

– Да, сейчас.

Поднявшись из-за стола, она взглянула на украшенный лунными камнями и жёлтыми бумажными фонариками двор, что ярко светился на фоне подступающей темноты, и в её груди зародилось приятное предвкушение. Огни всё так же горели, как и в прошлом году, только на этот раз Мэйфэн не умирала.

[61] Строки из стихотворения поэта Су Ши – «Песня на водный мотив» в переводе М. И. Басманова. Эти строки часто используются в Китае для поздравления с Праздником середины осени; они означают желание делить один лунный свет, и неважно, находятся ли люди вместе, или они в разлуке.