Петербургская аптекарша. Тайна мертвой княгини: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Елизавета подошла ближе.

В такие минуты её прежняя работа возвращалась без остатка: не как место за кассой, не как бесконечные накладные и уставший позвоночник, а как способность видеть. Не просто смотреть — замечать. Сравнивать. Исключать.

На тумбочке у кровати стоял фарфоровый кофейный прибор, крошечная рюмка с остатком прозрачной жидкости и серебряная ложечка. Рядом лежал кружевной платок, смятый так, словно им пытались зажать рот.

Елизавета наклонилась к лицу покойной.

Кожа была бледной, с синеватым оттенком вокруг губ. На губах — едва заметный след буроватого настоя, почти стёртый, если бы не профессиональный взгляд. Ноздри слегка расширены. На пальцах правой руки — напряжение, будто перед смертью княгиня пыталась схватиться за воздух или ткань.

Сердечный приступ? Возможно. Только слишком уж много здесь было мелочей, которые не хотели складываться в естественную картину.

Елизавета осторожно взяла серебряную ложечку и поднесла к свету. У края, почти невидимо, поблёскивала засохшая плёнка. Она принюхалась.

Тот самый запах.

Сладковатый. Тонкий. С коварной мягкостью, за которой часто скрывается действие куда опаснее, чем у грубых ядов.

Она медленно выпрямилась.

Теперь сомнений почти не осталось.

Княгиня умерла не сама.

— Ну? — раздался от двери голос князя.

Он вошёл бесшумно. Видимо, не выдержал ожидания.

Елизавета повернулась к нему. В свете свечей его лицо стало ещё жёстче. Этот человек привык слышать неприятную правду, но не привык ждать её от посторонних.

— Я не стану утверждать без дальнейшей проверки, — сказала она тихо, — но это не похоже на обычный сердечный приступ.

Он не шелохнулся.

— Что именно вы видите?

— Следы настоя на губах. Остаток вещества на ложке. И запах. Слишком характерный, чтобы быть случайностью.

— Какого вещества?

Она посмотрела на ложку ещё раз. Отвечать сразу не хотелось. Не потому, что она сомневалась, а потому, что в комнате явно были лишние уши. Где-то в доме плакали, шептались, ходили слуги, и если в этом особняке смерть княгини кого-то устраивала, произнесённое вслух слово могло обернуться уже её бедой.

— Мне нужна уверенность, — ответила Елизавета. — И желательно образцы из аптеки.

Князь понял больше, чем она сказала. Это было видно по тому, как изменился его взгляд: холод не ушёл, но теперь в нём появилось внимание равного хищника, заметившего не просто свидетельницу, а человека, который может быть полезен.

— Вы полагаете, тётку отравили.

— Я полагаю, что умерла она не так, как вам сообщили.

Он ещё секунду смотрел на неё, потом коротко кивнул.

— Об этом никто не узнает, пока я не решу иначе.

— Если это убийство, — сказала Елизавета, — уже знает тот, кто его совершил.

Впервые за весь разговор в его лице проступило нечто похожее на живую реакцию. Не удивление — скорее резкое признание очевидного, которое он и сам уже чувствовал, но не хотел формулировать.

— Возвращайтесь домой, — сказал он. — Завтра я пришлю за вами.