— Хуанита!
Харлоу наблюдала, как ее родители упали в объятия друг друга, и из их груди вырвалось низкое урчание, когда их медведи сцепились друг с другом. Ее глаза наполнились слезами, и Сойер подошел к ней сзади и обнял ее.
— О, Сойер. Большое тебе спасибо за то, что ты это сделал, — прошептала она.
Он поцеловал ее в макушку.
— Все, что угодно для тебя, детка, — пробормотал он.
Харлоу повернулась, и он прижался лбом к ее лбу.
— Я вернул свою семью, поэтому, конечно, я хотел, чтобы и ты получила свою. Как только мама сказала мне, кто являлся матриархом города, я понял, что должен разыскать ее. Надеюсь, ты не возражаешь, что я не сказал тебе сразу, но я действительно хотел сделать тебе сюрприз.
— Это лучший сюрприз, который я могла себе только представить!
Они повернули головы и посмотрели на ее маму и папу, которые страстно целовались.
— Э-э, я рада, что они снова знакомятся, — сказала Харлоу, смущенно смеясь.
— Не волнуйся, я снял для них домик в паре дверей от нашей.
Харлоу с изумлением покачала головой.
— Ты обо всем подумал.
Они подошли, и Сойер вручил им ключ от домика.
— Может быть, мы встретимся около шести вечера за рождественским ужином? — сказал он.
— По-моему, звучит неплохо, — ответил отец Харлоу. — А теперь, если вы извините нас…
— Безусловно! — быстро сказала Харлоу, затем схватила Сойера за руку и потащила их в собственный домик.
Глава 13
Когда стемнело, Харлоу и Сойер встали со своей постели, где они спали и смотрели фильмы весь день, и приготовили глинтвейн на плите. Сойер сказал, что ему нужно кое-что сделать в спальне, и она села за стол в гостиной, глядя в ночь. «Я так счастлива», — подумала она. Это было Рождество, и впервые, насколько она помнила, вся семья была вместе. Ей не терпелось поближе познакомиться со своей мамой. И все это из-за этого удивительного человека. Но ее сердце тоже болело. Ее мама и папа снова нашли друг друга, но через несколько дней Сойер уедет, и она снова останется одна. Она повертела свой бокал с вином на столе. Это был такой горько-сладкий день.
Дверь спальни открылась.
— Не подглядывай, — сказал Сойер игривым тоном своим рокочущем голосом.
С усилием она повернулась к нему спиной, когда он пересек гостиную и поставил на стол две заветные коробки.
— Счастливого Рождества! — сказал он.
— Еще подарки?
— Конечно!
Один был почти плоским и почти двухфутовой длины, а другой — двухдюймовой коробкой. Ее руки замерли над ними, она никогда раньше не разворачивала подарки.
— Сначала этот, — протянул он ей тот, что побольше.
Деликатное развязывание ленты быстро сменилось возбужденным разрыванием бумаги, и вскоре она сняла крышку коробки.
— Это… — ее брови приподнялись, — это немного похоже на костюм танцовщицы?
Харлоу подняла дорогой на вид черно-розовый корсет. Там же была розовая нижняя юбка и пояс с подвязками для чулок.