– Но вы подняли цену – этого в договоре не было. Наше сотрудничество с вашим боссом было весьма взаимовыгодным. Я напомню вам, что мистеру Меррику и вам самим, господа, жизненно необходимо лекарство, которое я готовлю.
Пенс молчал, раздумывая над его словами. Наконец он кашлянул и сказал:
– Пузырьки, Перечник.
Его подельник снял котелок и, перевернув его, сложил склянки внутрь, распихав их по крошечным кармашкам под подкладкой, после чего нахлобучил шляпу на голову.
– Я передам ваши слова боссу, мистер Лемони, – сказал Пенс. – Уверен, мы с вами сможем договориться и пересмотреть старый договор так, чтобы все были довольны. Думаю, для следующей поставки цена будет прежней. Мистер Меррик, скорее всего, уступит, если вы не будете горячиться и не пойдете на чаепитие к ржавоголовым. Им нельзя доверять, мистер Лемони.
– Я не буду горячиться, мистер Пенс. К тому же почтенный мистер Меррик знает, что только я во всем Габене могу сделать для него лекарство. Это очень старый семейный рецепт, и Медоуз из «Аптеки Медоуза» им не обладает.
– Верно-верно, – кивнул Пенс. – Никто не будет горячиться, и наше сотрудничество продолжит быть взаимовыгодным.
– Я жду следующую поставку через месяц? – уточнил аптекарь.
– Разумеется. Доброй ночи, мистер Лемони. Перечник, отчаливаем.
И они «отчалили».
– Вы можете перестать дрожать, Джеймс, – сказал Лемюэль, когда за бандитами закрылась дверь.
– Они едва нас не застрелили!
Кузен хмыкнул.
– Ну что вы, Джеймс. Мистер Пенс, или, как его называют на канале Брилли-Моу, Ржавый Пенс, не случайно является правой рукой мистера Меррика. Он прекрасно знает, когда пуля решает дело, а когда она может лишь все испортить. Думаю, это был спектакль – господа Синие Платки отличаются тем, что никогда не упустят возможности загнуть цену за свои услуги. Они не могли не попытаться – я догадывался, что так будет.
– Кажется, они не знают, что вы ведете дела и со Свечниками.
– Разумеется, знают. Вот только ничего не могут с этим поделать.
– Нда-а… – буркнул Джеймс. – Опасная работенка у нас. А зачем вам эта рыба? Дайте угадаю: ее чешуя – это какой-то ингредиент для ваших лекарств?
– Нет, Джеймс. Рыба – это подарок для мадам Клопп. Она давно хотела завести питомца.
Джеймс глянул на «питомца». Что ж, стоило признать: этот монстр подходил для злобной тещи аптекаря в качестве домашнего любимца как нельзя лучше.
– Думаю, я могу отпустить вас, Джеймс. Отнесите аквариум в провизорскую и отправляйтесь спать. Я тут справлюсь и сам, а у вас сегодня был очень долгий и тяжелый день – вы едва стоите на ногах. Между тем новый день обещает быть еще более трудным: близится туманный шквал, а это значит, что в аптеке будет не протолкнуться.
Джеймс не поверил своим ушам. Он мечтал о том, чтобы прилечь, еще с полудня. День и правда был долгим.
– Благодарю, Лемюэль.
Осторожно обхватив аквариум, он не без труда оторвал его от стойки. Рыба уставилась на него голодным, алчущим взглядом.
– Только прошу вас об одном, Джеймс. Не споткнитесь.
«Да уж, и как тут не споткнуться…» – с досадой подумал Джеймс и потащил аквариум в коридорчик.
Каким-то чудом он донес стеклянный ящик до провизорской, где и оставил на столе.
Джеймс уже собирался отправиться к себе, когда внезапно обнаружил то, что заставило его отложить мысли о подушке и одеяле.
Шкаф был открыт!
И не просто какой-то шкаф, а тот, в который Лемюэль прошлой ночью поставил то, что принес ему мистер Гадли, – «самую опасную вещь в Габене»!
«Видимо, Говард Бек как-то взломал замок…»