– Я еще загляну, господин аптекарь.
После чего развернулся и, громыхая жестянками с керосином, двинулся к выходу.
Лемюэль вздохнул с облегчением, только когда дверь за ним закрылась.
Джеймс терялся в догадках, что здесь происходит, следя за тем, как кузен складывает коробки одна на другую. Темные дела творились под покровом ночи в «Горькой Пилюле Лемони»…
Аптекарь тем временем взял коробки и направился с ними в коридорчик.
Когда он скрылся из виду, Джеймс осмелился изменить позу. За время, что он прятался в нише, тело затекло: по ощущениям, его руки и ноги кто-то лениво жевал последние десять минут.
Колокольчик снова зазвонил, и Лемюэль вернулся на свое место за стойкой.
В аптеку вошел хмурый громила в черной куртке и крошечной шапочке, какие носят докеры в порту. Вся нижняя часть его лица скрывалась под сизой щетиной, которая лишь усугубляла мрачный вид этого господина.
– За заказом для босса, – пробурчал посетитель, не обременяя себя приветствием.
Лемюэль выдвинул ящик в стойке и передал громиле черную лакированную шкатулку.
– С вас ровно сто фунтов, мистер Грёниг.
«Сто фунтов! – потрясенно подумал Джеймс. – Да один этот заказ, вероятно, равен дневной выручке аптеки! Что же там, в этой шкатулке, такое?!»
Громила между тем расплатился и, ничего не сказав, направился к выходу.
– Мое почтение вашему боссу! – воскликнул Лемюэль, но посетитель даже не обернулся и исчез за дверью.
Долго она закрытой, впрочем, не оставалась. Почти сразу после того, как громила Грёниг ушел, появилась высокая дама с чучелом ворона в руках. Дама прятала лицо под вуалью – и неудивительно, ведь ей нужен был яд. Посетительница оказалась утомительно дотошной – засыпала господина аптекаря едва ли не сотней вопросов о том, как быстро яд действует, имеет ли он вкус и запах, во что его лучше добавлять (в еду или питье), оставляет ли он следы и тому подобное. Выяснив все, что только возможно, она удалилась, спрятав флакон в ридикюль.
За отравительницей в аптеку заходили и прочие покупатели, которых интересовали яды. Джентльмены и дамы – среди них были даже констебль в обычном городском костюме и девочка лет десяти, – всех заботило быстродействие и следы, которые яды оставляют. Лемюэль отвечал сухо – было видно, что ему претит пособничать этим личностям, но при этом он даже не пытался кого-то разубеждать или отговаривать.
Обслуживая клиентов, он косился на часы и с появлением очередного посетителя становился все раздраженнее, словно ожидал, что в аптеку войдет кто-то другой, и раз за разом разочаровывался, не увидев его.
Время едва ползло. Клиенты сменялись клиентами. А потом наконец явился тот, кого Лемюэль ждал.
Ближе к утру в аптеку вошел тип настолько отвратительный, что Джеймс даже поморщился: сутулый, вжимающий голову в плечи и пускающий слюни на подбородок. И имя у него было соответствующее…
– Я ждал вас еще вчера, Гадли! – раздраженно воскликнул Лемюэль.
– Задержка вышла не по моей вине, мистер Лемони, – прошамкал полубеззубым ртом Гадли и вытер слюни рукавом. Меньше их, впрочем, не стало. – «Безымянный» пришел в порт только два часа назад. В порту были люди из «Сомнии» – они проверяют все суда, которые следуют через море Слез. Проникнуть в трюм под носом этих хмырей было той еще задачкой.
– Вы принесли его? Ваш человек с того берега сдержал слово?
– Мой… хе-хе… человек сдержал слово. Ему понравился подарочек, который я ему отправил. Он обожает этих миленьких девочек.
– Что?! – потрясенно прошептал Лемюэль. – Вы отправили ему девочку? Ни о каких девочках речи не шло!
Гадли часто-часто заморгал. Было видно, что он испугался.
– Не-е-е… Вы меня не так поняли, мистер Лемони. Я отправил ему девочку… Но не живую…
– Вы похитили и убили ребенка?!
– Да нет же, – заламывая руки, ответил Гадли. – Ну как же… Как же объяснить-то… Ну, такую девочку, фарфоровую, с нарисованной мордашкой.
Лемюэль заметно успокоился.
– Вы отправили ему куклу? Но зачем ему куклы?